загрузка...

Час истины. Немецкий черноморский прорыв

  • 03.03.2013 / Просмотров: 2148
    //Тэги:

    Передача из цикла "Час истины", посвящённая прорыву немецких кораблей в 1914 году в Чёрное море.

    Участники передачи:
    Уткин Анатолий Иванович, доктор исторических наук;
    Широкорад Александр, писатель, военный историк

загрузка...

Передача 1
загрузка...

Для хранения и проигрывания видео используется сторонний видеохостинг, в основном rutube.ru. Поэтому администрация сайта не может контролировать скорость его работы и рекламу в видео. Если у вас тормозит онлайн-видео, нажмите паузу, дождитесь, пока серая полоска загрузки содержимого уедет на некоторое расстояние вправо, после чего нажмите "старт". У вас начнётся проигрывание уже скачанного куска видео. Подробнее

Если вам пишется, что видео заблокировано, кликните по ролику - вы попадёте на сайт видеохостинга, где сможете посмотреть этот же ролик. Если вам пишется что ролик удалён, напишите нам в комментариях об этом.


Краткая историческая справка


Конфискация англичанами двух дредноутов, строящихся в Великобритании для турецкого фло­та, дала Германии повод для формальной продажи Турции обоих германских кораблей. Чтобы избе­жать возвращения их в Средиземное море или ин­тернирования в пока ещё нейтральной Турции, гер­манский посол "предложил" турецкому правитель­ству в течение 24 часов решить вопрос о фиктивной покупке "Гебена" и "Бреслау", что и произошло 16 августа 1914 г. При этом корабли подняли турецкий флаг и получили новые названия: "Гебен" — "Явуз Султан Селим", "Бреслау" — "Мидили". Иностран­ным посольствам турецкие власти объяснили: "Ге­бен" и "Бреслау" они купили у Германии взамен рек­визированных Великобританией строившихся ту­рецких дредноутов.

В тот же день контр-адмирала Сушона (вице-адмирал с 27 января 1915 г.) назначили командую­щим турецким военно-морским флотом. Вторым флагманом был назначен турецкий контр-адмирал Ариф-Бей. Немецкие офицеры были командирова­ны на турецкие корабли, турецкие на оба немецких. Начальник штаба Средиземноморской диви­зии одновременно стал начальником штаба при ту­рецком военно-морском командовании. В этой дол­жности находились с ноября 1914 г. по ноябрь 1915 г. корветтен-капитан Бюссе, с ноября 1915 г. по сен­тябрь 1917 г. капитан 1 -го ранга Тагерт и с сентября 1917 г. по ноябрь 1918 г. капитан 1 -го ранга Рих­тер. Все подвиги и разрушения, причиненные зна­менитыми крейсерами, вроде "Алабамы" и "Эмдена", бледнеют перед теми бедствиями, причиной которых был "Гебен", столь решительно повлияв­ший на ход событий не только на Черном море, но и на всём восточном театре военных действий.

Упущение "Гебена" болезненнее всего отозва­лось на России, задолго до того предвидевшей эту возможность. Неопределенность в верхах российс­кого военно-политического руководства в отноше­нии прогноза развития обстановки на юге страны привела к тому, что Черноморский флот вступил в войну, не имея четкого оперативного плана.

Прорыв в Черное море германского линейно­го крейсера "Гебен" привел русское военно-морское командование в замешательство, хотя подобное развитие событий прогнозировалось Морским ге­неральным штабом ещё в 1907 г. Приход "Гебе­на" в Дарданеллы, окончательно определив германо-турецкий союз, был решающим событием, подви­нувшим Турцию на войну, разорвавшим связь Рос­сии с союзниками. По заявлению Людендорфа, вступление Турции в войну позволило Германии продержаться лишних два года. Над всем 1915 годом, неудачей Дарданелльской операции, над поражени­ем России также витает и мрачная тень "Гебена".

Положение России на Черном море, имеющей всего один выход, находящийся в руках Турции, говорило о том, что в случае войны она должна счи­таться с возможностью быть отрезанной (на Черном море) от союзных ей государств и появления фло­тов противника (не только Турции) в водах Черно­го моря для операций против русского побережья.

Оборона русских черноморских берегов зна­чительно упрощалась, если бы был перекрыт дос­туп военным кораблям других держав на Черное море. Такое положение заставляло Россию всегда стремиться к завладению Босфором.

В 1908-10 гг. задачей на маневрах русского Черноморского флота было блокирование Босфо­ра при самом широком использовании минных заг­раждений. Для этой цели должны были быть ис­пользованы имеющиеся в составе русского Черно­морского флота два минных заградителя "Буг" и "Дунай", принимавшие на борт по 400 мин, и мин­ный транспорт "Прут", переделанный под плаву­чий минный склад.

В течение всего 1914 г. напряжение во взаимо­отношениях между Россией и Турцией непрерывно нарастало. Это обстоятельство заставляло как рус­ское правительство, так и командование Черномор­ского флота всё время внимательно наблюдать за Турцией. Регулярно поступавшие в штаб Черномор­ского флота сведения от русского морского атташе в Турции и командира посыльного судна "Колхи­да"— русского стационера в Константинополе го­ворили об усилении там германского влияния.

С началом первой мировой войны обстанов­ка на Ближнем Востоке некоторое время продол­жала оставаться неопределенной. Россия не была за­интересована в возникновении нового фронта, а Турция затянула с решением о вступлении в войну.

В случае начала войны штаб Черноморско­го флота разработал два варианта плана действий, но оба они предусматривали дальнюю блокаду Босфора флотом и немедленное его минирование. Основные силы флота должны были постоянно на­ходиться в Севастополе в готовности к выступле­нию в любой момент. Русское правительство при­казало избегать всяких действий, которые Турция могла использовать как предлог для объявления войны. Военные действия Черноморского флота могли начаться только по приказу верховного главнокомандующего или по извещению русского посла в Константинополе.

Одновременно штаб Черноморского флота организовал систему ежедневных рейсов русских пароходов в Константинополь и определил поря­док радиодонесений с них о дислокации Германс­ких и турецких кораблей. Очередной пароход в Босфор входил только после выхода предыдуще­го, что позволяло получать достоверную информа­цию за каждые сутки.

12 августа 1914 г. турецкое правительство объявило о постановке минных заграждений в Бос­форе и Дарданеллах, о прекращении работы маяков и о разрешении прохода коммерческих судов толь­ко за лоцманскими кораблями.

29 августа 1914 г. русский министр иностран­ных дел Сазонов в своей телеграмме в Ставку на­стаивал на необходимости сохранения мирных от­ношений с Турцией, пока не определится успех со­юзников. Выход "Гебена" в Черное море, по его мнению, не означал разрыва дипломатических от­ношений, и меры против линейного крейсера мог­ли быть допустимы только в случае полной уверен­ности в их успехе. Сазонов считал весьма важным, чтобы война с Турцией, если она неизбежна, была бы вызвана последней. Это мнение разделяла и Ставка верховного главнокомандующего.

28 сентября 1914 г., получив сведения о выхо­де "Гебена" в Черное море, командующий Черно­морским флотом вице-адмирал Эбергард, пользуясь разрешением Ставки действовать по своему усмот­рению, вышел с основными силами к Босфору. Од­нако, узнав в море о возвращении линейного крей­сера в Константинополь, повел эскадру в район Зунгулдака, затем вдоль берега к Босфору и с наступ­лением темноты возвратился в Севастополь.

В конце сентября и в начале октября 1914 г. германо-турецкий флот стал всё чаще появляться в водах Черного моря, однако Ставка 13 октября сно­ва потребовала от командующего Черноморским флотом "не искать встречи с турецким флотом, если он не займет явно угрожающего положения". Вско­ре Ставка, опираясь на сведения из Константино­поля о неизбежности вступления Турции в войну, предупредила командование флота о возможной торпедной атаке и постановке минных заграждений турками до объявления войны. И в этом случае кон­кретные задачи Черноморскому флоту определены не были, и он оказался вынужденным пассивно ждать нападения.

Сравнивая силы флотов на Черном море, сле­дует отметить, что усиление турецкого флота линей­ным крейсером "Гебен" значительно изменило со­отношение сил сторон, так как этот корабль был сильнее любого из пяти русских линкоров додредноутного типа в артиллерии и намного превосходил их в скорости хода. Только действуя в составе эс­кадры, русские линейные корабли могли противо­поставить 10 280-мм орудиям "Гебена" 16 орудий калибра 305 мм и 4 орудия калибра 254 мм пяти лин­коров-до дредноутов. Но и в этом случае русская эс­кадра не имела возможности принудить "Гебен" к бою, так как скорость её хода была на 8-10 узлов меньше, чем у линей­ного крейсера. Это позволяло "Гебену" выбирать место, время и дис­танцию для боя.

В то же время сосредоточение огня большого числа кораблей при имеющихся в то время средствах связи, как в дальнейшем показала практика, не улучшало результатов стрельбы, а кроме Того, артиллерия 4-го и 5-го русских кораблей была менее дальнобойна. Качественное превосходство "Гебена" и "Бреслау" над прочим составом турецкого флота делало их совершенно уни­кальным фактором в боевых дей­ствиях на море.

Турецкое командование не хотело рисковать "Гебеном", так как с его потерей оно утрачивало возможность оспаривания у русских владения морем. Пока "Гебен" су­ществовал, можно было безнаказан­но совершать налеты на любой уча­сток моря или русского побережья, и была надежда на уничтожение рус­ской эскадры по частям в случае встречи ее не в полном составе.

Зато наличие в составе рус­ского флота 8 минных заградителей и минных транспортов, обладав­ших большой миноподъёмностью, позволяло в относительно корот­кие сроки выставить мощные обо­ронительные минные заграждения у своих берегов.

В начале октября 1914 г. адмирал Сушон впер­вые послал в Черное море два однотипных турец­ких эскадренных миноносца: "Муавенет"— флаг­манский миноносец командира флотилии, бывше­го старшего офицера "Гебена" фрегаттен-капитана Мадлунга и "Гайрет" — флагман командира 1 -и по­луфлотилии фрегаттен-капитана Фирле. Вскоре в Черном море появились также "Гебен", два турец­ких линейных корабля и крейсера. Эти крейсерства имели целью охранять вход в Босфор и воспрепят­ствовать его заграждению русскими минами.

На рассвете 28 октября 1914 г. в виду турец­ких кораблей появился русский минный загради­тель "Прут", пытавшийся поставить мины и пре­градить им путь в море. Но "Гебен" был начеку, и "Прут" был потоплен. Таким образом, Россия пер­вая начала свои враждебные действия, и в тот же день адмирал Сушон сосредоточил все свои силы у входа в Босфор, чтобы отдать им оперативный приказ для действия против русского Черно морс­кого флота. ("Морской сборник" 1922 г. № 10, с 56, 57 и выдержки из "Marine Rundschau" 1922 №4,5).

Поскольку турецкая сторона опасалась набе­га русского флота для заграждения минами Бос­фора, военный министр Турции генерал Энвер-Паша ещё 22 октября 1914 г. приказал провести боевую операцию германо-турецкого флота против черноморских баз и портов России, хотя формаль­но состояние войны между Россией и Турцией на­чалось лишь с 1 ноября 1914 г. Поэтому 29 октября 1914 г. был произведен обстрел ряда русских баз флота и портов, включая Севастополь.

Линейный крейсер "Гебен", минный загра­дитель "Нилуфер" и два миноносца должны были действовать в районе Севастополя, легкий крейсер "Бреслау" и минный крейсер "Берк" - в районе Керченского пролива и у Новороссийска, легкий крейсер "Гамидие" — в районе Феодосии, минный заградитель "Самсун" и два миноносца — в райо­не Одессы. Первыми предусматривались действия против Одессы.

27 октября 1914 г. основные силы Черномор­ского флота вышли в море и находились в районе Севастополя. В 20 ч. 35 м. по радио поступило со­общение от русского парохода, совершавшего рейс в Константинополь, о встречи им в 17 ч. 30 м. в 5 милях от входа в Босфор крейсеров "Гебен", "Бреслау", "Гамидие" и нескольких миноносцев.

Примерно в это же время командующий Чер­номорским флотом получил ещё одно приказание Ставки, запрещавшее искать встречи с турецким флотом. В бой с ним разрешалось вступать только в случае крайней необходимости. Вице-адмирал Эбергард принял решение вернуться в Севасто­поль. Это решение не было изменено и на следую­щее утро, когда русский пароход донес о нахожде­нии "Гебена" и двух миноносцев в Черном море в районе Амасры.

В ночь на 29 октября 1914 г. в Севастополе находились все 7 русских линейных кораблей, 3 крейсера, 4 подводные лодки, 5 эскадренных ми­ноносцев, 4 минных заградителя, канонерская лод­ка, 2 посыльных судна и два транспорта; в Евпа­тории— 9 эскадренных миноносцев и 4 минонос­ца; в Одессе — канонерские лодки "Донец" и "Ку­банец", минный заградитель "Бештау"; в Очакове — минный заградитель "Дунай"; в Батуми — мин­ный заградитель "Дыхтау" и транспорт "Березань". В море находился минный заградитель "Прут", возвращавшийся в Севастополь из Ялты, и три эскадренных миноносца в дозоре в районе Се­вастополь — Евпатория.
Смотрите все серии Первая мировая война в цикле "Час истины"

  • ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РАЗДЕЛА:
  • РЕДАКЦИЯ РЕКОМЕНДУЕТ:
  • ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
    Имя
    Сообщение
    Введите текст с картинки:

Интеллект-видео. 2010.
RSS
X