загрузка...

Нейрональная пластичность

  • 16.06.2010 / Просмотров: 6266
    //Тэги: Гордон   мозг   человек  

    Существуют ли пределы развития человеческой цивилизации - если да, то можем ли мы определить их, поняв возможности и механизмы работы нашего мозга? Как нервные клетки общаются друг с другом? Что мы знаем о внесинаптической передаче информации в нейрональных сетях? Об исследовании коммуникации между нейронами головного мозга - нейробиолог Алексей Семьянов.

загрузка...







загрузка...

Для хранения и проигрывания видео используется сторонний видеохостинг, в основном rutube.ru. Поэтому администрация сайта не может контролировать скорость его работы и рекламу в видео. Если у вас тормозит онлайн-видео, нажмите паузу, дождитесь, пока серая полоска загрузки содержимого уедет на некоторое расстояние вправо, после чего нажмите "старт". У вас начнётся проигрывание уже скачанного куска видео. Подробнее

Если вам пишется, что видео заблокировано, кликните по ролику - вы попадёте на сайт видеохостинга, где сможете посмотреть этот же ролик. Если вам пишется что ролик удалён, напишите нам в комментариях об этом.


Расшифровка передачи


Алексей Семьянов. Разум возник в результате эво-
люционного развития головного мозга. Другими слова-
ми, головной мозг является продуктом эволюции, ко-
торый позволил человеку достигнуть определенного
уровня и стать доминирующим видом на планете. В
связи с этим изучение мозга является крайне важным
для того, чтобы человек мог лучше понять самого се-
бя, объяснить, почему он действует так или иначе в
разных ситуациях. Существует также и медицинский
аспект исследований головного мозга. Человеческий
мозг возник сравнительно недавно и не так хорошо
«отлажен» природой, как остальные органы нашего те-
ла – «поломки» случаются довольно часто.
Я расскажу историю, которая со мной приключилась
совсем недавно. Благотворительные фонды в Велико-
британии иногда собирают деньги просто на улицах.
Подходят к людям и спрашивают, не могли бы они по-
жертвовать на развитие того или иного направления
медицинских исследований. И ко мне подошли из фон-
да, занимающегося финансированием науки о мозге, и
начали с вопроса: не знаю ли я, какой процент населе-
ния Великобритании страдает заболеваниями мозга в
течение их жизни.
Александр Гордон. Нашли адресата для вопроса…
Алексей Семьянов. … и совершенно случайно. И выяснилось, что
25 процентов, то есть каждый четвертый. Вдумайтесь
в цифры.
С чем это связано? Европейские цивилизации до-
стигли такого уровня развития, когда они способны
избежать многих заболеваний. Те заболевания, кото-
рые были летальными в какой-то исторический пери-
од, перестали наносить урон популяции. А вот про-
блема заболеваний мозга до сих пор остается крайне
острой. Мы недостаточно знаем о мозге. В результа-
те интенсивных исследований человечество получило
большой объем информации, но так и не узнало глав-
ного – как работает система в целом…
Александр Гордон. Но при этом (простите, что перебью вас, про-
сто у нас неоднократно были разговоры на эту тему)
вы стоите на той материалистической позиции, кото-
рая считает сознание – вы с этого начали – функцией
мозга.
Алексей Семьянов. Да, совершенно верно. Я подхожу к пониманию
сознания, как функции мозга и как результату биоло-
гической эволюции. Усложнение и совершенствование
мозга привело к тому, что у человека, у единственно-
го вида на планете, появился разум, который позволил
ему выделиться из царства животных и создать соб-
ственную среду обитания. Всё, что существует вокруг
нас: политика, экономика, бизнес, культура, искусства,
религия – всё является продуктом нашего разума, а
значит, результатом биологической эволюции.
Александр Гордон. Еще один уточняющий вопрос. Вы считаете, что,
исследуя морфологию, анатомию мозга, его функции,
можно приоткрыть завесу над тем, что такое сознание
и разум.
Алексей Семьянов. Сознание и разум – это то, как мы обрабатыва-
ем информацию, полученную из окружающего нас ми-
ра. Варианты нашего поведения в той или иной ситуа-
ции могут быть предсказаны и непосредственно зави-
сят от функций мозга. Мы знаем, что в мозге существу-
ют отделы, которые ответственны за речь, кратковре-
менную память и т. д. Хотя у нас в руках пока еще «мо-
лоток», а не тонкий инструмент, мы уже можем менять
работу мозга так, чтобы изменить личность человека.
Александр Гордон. Только хотел заметить, что даже эта экспери-
ментальная база не может доказать того, например,
тезиса, что мозг в данном случае является генерато-
ром, а не приемником-передатчиком, как думают неко-
торые, в том числе и морфологи. Потому что, изменяя
настройку, мы таким же образом можем изменить про-
грамму. Связь между мышлением, сознанием и мозгом
есть вне всякого сомнения.
Алексей Семьянов. Я понимаю ваш аргумент. Многие пытались
найти ответ на этот вопрос, исходя из доступных зна-
ний и наблюдений.
Александр Гордон. Я поэтому и хулиганничаю…
Алексей Семьянов. Он интересует всех. Если вы сюда посадите,
скажем, человека, занимающегося квантовой физикой,
он вам расскажет свой взгляд на работу мозга.
Александр Гордон. Недавно у нас это и было…
Алексей Семьянов. Другое вы услышите от священника или пред-
ставителя искусства. У всех людей есть интерес к этой
проблеме. Мне хотелось рассуждать с научной точки
зрения и говорить о вещах, которые мы можем или
сможем проверить экспериментально. Поэтому, пре-
жде всего, я хотел бы рассказать о методах, кото-
рые используются для изучения мозга. Их можно клас-
сифицировать в зависимости от экспериментального
подхода.
Подход – «сверху вниз». Мозг рассматривается как
система в целом. Всем известна электроэнцефалогра-
фия, когда на голову устанавливают электроды и с
их помощью записывают активность разных участков
мозга. И при этом мы можем наблюдать генерацию или
исчезновение ритмов в тех или иных областях мозга. И
дальше вас просят сделать то или иное движение, от-
крыть-закрыть глаза, показывают различные изобра-
жения. Описывая изменения в электроэнцефалограм-
ме, можно предположить, что собственно происходит
в мозге. Это один подход. Другой похожий метод – ком-
пьютерная томография. В этом случае мы можем ви-
деть на экране монитора, как возникают вспышки ак-
тивности в разных областях мозга на различной глуби-
не. При этом можно получить трехмерную реконструк-
цию отделов мозга.
Александр Гордон. Практически в реальном времени.
Алексей Семьянов. Как правило, в реальном времени.
Есть другой, более практичный подход: «мозг – чер-
ный ящик». Мозг рассматривается как система, у кото-
рой есть вход и выход. Этот подход находит примене-
ние в фармакологии. Разрабатывается какой-то хими-
ческий препарат, который влияет на тот или иной кле-
точный рецептор. Что происходит в мозге за предела-
ми взаимодействия лиганда с рецептором, исследова-
теля уже не интересует. Важно определить, помогает
ли это вещество вылечить то или иное заболевание,
как влияет на поведение, память и обучение. Так по-
являются новые лекарства.
Александр Гордон. То есть механизм неважен, важен результат.
Алексей Семьянов. Да, но это опасный подход. Часто клеточные
механизмы действия лекарственных препаратов ока-
зываются крайне важными. Если какая-то коммерче-
ская компания выпустила препарат на рынок, который
излечивает то или иное заболевание, а через десять
лет появляется побочный эффект, который завязан на
геном, то этот эффект может быть более неприятным,
чем само заболевание. Поэтому опасность такого под-
хода очевидна, хотя и позволяет получить быстрый ре-
зультат.
Третий подход – «снизу вверх». О нем я хотел бы се-
годня поговорить более подробно, поскольку сам зани-
маюсь данного рода исследованиями. Ученые пытают-
ся понять, как происходит передача и обработка сигна-
ла на уровне локальных нейрональных сетей, и даль-
ше – сделать обобщения о функциях структур мозга.
Чтобы начать говорить о том, что происходит на
уровне нейронов, основных клеток мозга, я хотел бы
показать несколько изображений, полученных с помо-
щью светового микроскопа. Если мы возьмем неболь-
шой кусочек мозга и погрузим его в физиологический
раствор, то клетки будут жить достаточно долгое вре-
мя. Эту ткань можно получить от экспериментальных
животных или в результате хирургических операций на
человеке. В последнем случае – это ткань поврежден-
ного или больного мозга. Она несет важную информа-
цию о причине заболевания.
Сейчас вы видите типичное изображение, получен-
ное с участка гиппокампа морской свинки. Гиппокамп
– это структура мозга, ответственная за кратковремен-
ную память и обучение. Если у человека повреждены
оба гиппокампа, то он попадает в «день сурка». Он по-
мнит всё, что происходило раньше, но не может запо-
минать новую информацию, и каждый день начинает-
ся с одного и того же момента.
Таким образом, исследования гиппокампа важны
для понимания механизмов обучения и памяти. Если
вы приглядитесь к рисунку, то можно увидеть нейро-
ны. Они сгруппированы в слои. Эти клетки мозга свя-
заны друг с другом и посредством этих связей получа-
ют и передают информацию. На втором изображении
тоже можно обнаружить несколько нейронов. Итак, мы
можем работать с живыми клетками в изолированном
участке мозга.
Здесь вы видите нейрон при большем увеличении.
Если изменять фокус, то можно получить представле-
ние о трехмерной структуре клетки и увидеть ее от-
ростки. Покажите, пожалуйста, анимацию.
Теперь перед вами схематическое изображение, ко-
торое дает представление о сложности взаимодей-
ствия между нейронами. В реальных нейрональных
сетях таких клеток тысячи и миллионы. Естествен-
но, у экспериментатора, вооруженного современным
микроскопом, возникает желание исследовать актив-
ность не целого мозга или его структуры, как в энце-
фалографии, а одного нейрона: посмотреть, как од-
на клетка живет, что с ней происходит. Сейчас пе-
ред вами нейрон, к которому подходит стеклянный ми-
кроэлектрод, заполненный раствором, позволяющим
передавать электрический ток. В этой конфигурации
мы можем записывать электрическую активность од-
ной-единственной клетки. Вот еще одно такое изобра-
жение.
Александр Гордон. Размер нейрона какой в данном случае?
Алексей Семьянов. Сома данных нейронов – порядка 20-30 микро-
метров. Вообще размеры различаются у разных видов.
Это морская свинка. Если мы посмотрим у крысы, ней-
роны будут мельче. У обезьяны или человека будут
выглядеть совершенно по-другому. Тем не менее, дан-
ные, которые мы получаем на животных, могут быть
в некоторой степени приложимы и к человеку. Несмо-
тря на качественное различие в работе мозга челове-
ка, мы изучаем базовые механизмы для человека и жи-
вотных. В чем качественное отличие мозга человека и
в чем секрет сознания, говорить еще рано. В данном
случае, необходимо двигаться от простого к сложному.
Александр Гордон. То есть вы исследуете механизмы, которые в
принципе должны быть одинаковыми у человека и у
морской свинки.
Алексей Семьянов. Совершенно верно, в большинстве случаев это
именно так, хотя, разумеется, бывают отличия. Тем не
менее, эти знания позволяют разрабатывать новые ле-
карства и размышлять о механизмах работы челове-
ческого мозга. До определенного, конечно, предела.
Теперь перед вами находится схема реального на-
учного эксперимента. На переднем плане вы видите
схематическое изображение среза гиппокампа. На нем
также указаны позиции электродов – стимулирующего
и регистрирующих. Чтобы отвести электрический сиг-
нал от нейронов, необходимо возбудить нервную ткань
с помощью электрической стимуляции. Далее, необхо-
димо выбрать тип клеток, в данном случае, это либо
пирамидная клетка, либо интернейрон, и регистриро-
вать в них синаптические токи. Синаптические токи по-
казаны на данном рисунке справа. По изменениям в
синаптической активности мы можем оценить, что про-
исходит в нейрональной сети, тестировать лекарства,
и судить о механизмах действия этих лекарств.
Прежде чем перейти к дальнейшим рассуждениям,
давайте посмотрим на общую схему нейрона. По сво-
ей сути, нейрон – это такая же клетка, как и все осталь-
ные клетки в нашем организме. Однако нейрон спе-
циализирован для того, чтобы получать и передавать
электрический сигнал. Он состоит из трех основных
отделов или компартментов. Все клетки имеют одну
сому (тело), но могут различаться по числу и мор-
фологии дендритов и аксонов в зависимости от ти-
па нейрона. В соме нейрона находится ядро и проте-
кают основные метаболические процессы, связанные
с поддержанием жизнедеятельности клетки. На соме
и на дендритах располагаются окончания других ней-
ронов. Эти окончания образуют синапсы, которые мо-
гут быть как возбуждающими (увеличивающими веро-
ятность генерации разряда нейрона), так и тормозны-
ми (снижающими вероятность). Обратите внимание на
анимацию: синим цветом показаны сигналы, приходя-
щие в нейрон. При достижении определенного поро-
га, возбуждающие синаптические токи приводят к гене-
рации собственного электрического «потенциала дей-
ствия», распространяющегося по аксону. В аксоне по-
тенциал действия достигает синаптических термина-
лей, через которые данный нейрон связан с соседни-
ми. Так от нейрона к нейрону сигнал передается в ней-
рональной сети.
Изображения, которые вы сейчас видели, получены
с помощью светового микроскопа. Эта техника позво-
ляет работать с живой тканью, но мы не можем видеть
детально дендриты и аксон нейронов без специальных
методов окраски, которые применяются, как правило,
в фиксированной ткани. Любопытно, что большинство
клеток мозга были описаны более ста лет назад в ра-
ботах Рамона-и-Кахаля.
В недавнем прошлом для изучения детальной мор-
фологии нейрональных компартментов использова-
лась электронная микроскопия. Для своего времени
это был достаточно мощный метод, который позволил
получить очень важную информацию о числе контак-
тов между нейронами и их пластичности. Главным не-
достатком электронной микроскопии является то, что
работа ведется с фиксированной тканью. То, что мы
видим в электронном микроскопе, это не живые клет-
ки, а краситель, распределенный в ткани, «посмерт-
ная маска». Изображения нейронов под электронным
микроскопом, таким образом, отражают не только фи-
зиологические процессы нейрональной ткани, но так-
же реакцию клеток на фиксацию и окраску. А ведь са-
мое интересно – это посмотреть, что происходит в жи-
вой клетке. Но наука, конечно, не стоит на месте, и тех-
нологии развиваются.
Так появился лазерный конфокальный сканирую-
щий микроскоп. То, что вы сейчас видите на экране, –
фотография, полученная с помощью такого микроско-
па в Neuroimaging laboratory в Лондоне, которой руко-
водит Дмитрий Русаков. С помощью такой техники мы
можем не только видеть живые нейроны и их компарт-
менты с высоким разрешением, но также наблюдать
процессы, происходящие в этих клетках.
Обратите внимание, как отличается фотография
нейрона, полученная с помощью конфокального ми-
кроскопа, от той, которая получена с помощью свето-
вого микроскопа. Яркая полоса – это электрод, кото-
рый мы используем для того, чтобы подсоединиться к
нейрону и заполнить его красителем. Такой краситель
не убивает клетку, а распространяется по ее отрост-
кам. Теперь мы хорошо видим сому, дендриты и аксон
клетки.
На данной анимации вы видите изображения ней-
рона, полученные при различном фокусе с шагом 2
микрометра. Теперь, если собрать отдельные изобра-
жения, то можно сделать трехмерную реконструкцию
нейрона.
Сейчас перед вами участок дендрита нейрона, кото-
рый наполнен кальциевым красителем, и по цветовой
кодировке вы видите различные уровни кальция. Крас-
ный цвет означает низкий уровень, желтый – более вы-
сокий и так далее. Если активировать нейрон, то мож-
но увидеть значительное увеличение кальция в этом
дендрите. Кальций является важным ионом в жизне-
деятельности клетки и принимает участие во многих
физиологических процессах. Он может запускать как
процессы, связанные с пластичностью, так и вызвать
гибель клетки. Наши нейроны живут по определенной
программе, которая управляется различными внешни-
ми и внутренними сигналами, и кальций – один из них.
На данном изображении мы видим различные мор-
фологические детали, которые не видны при исполь-
зовании светового микроскопа, например, дендритные
шипики. Мы можем посмотреть, как в них изменяется
кальций в реальном масштабе времени, и потом сде-
лать трехмерную реконструкцию изображения.
Александр Гордон. Насколько я помню из предыдущей передачи,
которая у нас была, именно через дендритные шипики
и передается информация к другим клеткам. Они как
бы стоят на границе…
Алексей Семьянов. Да, дендритные шипики – это одна из состав-
ных частей возбуждающего синапса. Поскольку синапс
– это контакт между нейронами, то и шипики прини-
мают важное участие в передаче сигнала от клетки к
клетке. Однако есть синапсы, которые не имеют ши-
пиков. Разговор о них зашел, чтобы показать достоин-
ства нового метода. Например, чтобы узнать, что про-
исходит в мозге в различных условиях с использовани-
ем электронного микроскопа, мы должны взять ткань
у двух различных животных: контрольного и после воз-
действия. Но это не совсем правильно, поскольку нуж-
но видеть изменения в одной и той же клетке, что ста-
ло возможным с применением лазерной сканирующей
микроскопии.
Поскольку речь зашла о синаптической передаче,
давайте определим, какую она играет роль в нашем
мозге. Итак, нейрон способен генерировать электри-
ческий потенциал действия, который, распространя-
ясь по аксону, достигает пресинаптических термина-
лий. Терминали, или варикозные расширения, содер-
жат везикулы, маленькие пузырьки с нейропередатчи-
ком, который высвобождается в синаптическую щель.
Синаптические рецепторы на соседней клетке активи-
руются и приводят к генерации тока в этой клетке. Так
нейроны могут передавать сигнал между собой. Таким
образом, в данной системе существуют как минимум
два типа передачи сигнала – электрический по клеточ-
ной мембране, и химический между клетками.
Примерно в конце 60-х годов был описан феномен
долговременной потенциации синаптической переда-
чи. Затем была открыта долговременная депрессия
синаптической передачи. Ученые ликовали: «Посколь-
ку мозг построен на основе синаптических связей ме-
жду нейронами, то длительные изменения эффектив-
ности синаптической передачи должны являться ме-
ханизмом обучения и памяти». Так возникла теория
синаптической пластичности. Эта теория значитель-
но усилила свои позиции со времени пионерских ра-
бот. До сих пор не ослабел поток работ, посвященных
открытию новых рецепторов, ферментов, молекул-пе-
редатчиков, вовлекаемых в процессы синаптической
пластичности. Однако уже более тридцати лет так и
не удалось получить доказательства, что именно та-
ким образом хранится память у нас в мозге. Вероятно,
мозг организован гораздо сложнее, чем совокупность
синапсов, и существуют другие, внесинаптические ме-
ханизмы обработки информации.
Сейчас вы видите схему синапса. Нейропередат-
чик высвобождается из везикул, находящихся в ва-
рикозном расширении аксона, попадает в синаптиче-
скую щель и активирует постсинаптические рецепто-
ры. Классическая схема нейропередачи. Традицион-
но считалось, что нейропередатчик высвобождается в
синаптическую щель, активирует рецепторы и тут же
захватывается назад в клетки. Но оказалось, что он
может диффундировать и за пределы синаптической
щели и активировать рецепторы, расположенные на
внесинаптической мембране постсинаптической клет-
ки или даже соседних клеток. Таким образом, если си-
напс передает сигнал от одного нейрона к другому…
Александр Гордон. Идет утечка информации.
Алексей Семьянов. Можно сказать и так. На самом деле, диф-
фузный нейропередатчик также играет важную роль в
передаче информации. Давайте представим, что си-
напсы работают не в одиночку. В нейрональной сети
всегда есть вероятность одновременной активации не-
скольких соседних синапсов. В таком случае нейро-
передатчик, покидающий синапсы, может существен-
но менять свою локальную внесинаптическую концен-
трацию. Другими словами, нейроны находятся не в
вакууме, а пространство между ними заполнено раз-
личными веществами, в том числе нейропередатчика-
ми. Эти нейропередатчики могут изменять различные
свойства нейронов, их возбудимость, выходную функ-
цию.
Александр Гордон. И в зависимости от идущих сигналов концен-
трация нейропередатчика может повышаться или по-
нижаться в общей средовой культуре?
Алексей Семьянов. В окрестностях синаптических терминалей кон-
центрация внесинаптического нейропередатчика мо-
жет меняться в зависимости от активности. Причем,
источником нейропередатчика могут быть не только
синапсы. Он может высвобождаться глиальными клет-
ками. Вообще говоря, глиальные клетки играют важ-
ную роль в нейрональной сети, но это предмет для от-
дельного разговора.
Таким образом, совокупная синаптическая актив-
ность и несинаптическое высвобождение нейропере-
датчика приводят к тому, что концентрация нейропере-
датчика постоянно варьируется во внеклеточном про-
странстве. Возникают локальные флуктуации концен-
трации нейропередатчика, которые влияют на внеси-
наптические рецепторы и меняют свойства мембра-
ны нейрональных компартментов. Эти изменения мо-
гут играть важную роль и определять механизмы об-
работки и хранения информации в мозге при неиз-
менной эффективности отдельных синапсов. Давайте
представим, что нет пластичности в синапсах, а есть
только вот эти внеклеточные флуктуации нейропере-
датчика, которые активируют внесинаптические реце-
пторы и изменяют свойства нейрональной мембраны
– проводимость, возбудимость, ионные градиенты.
Изменение биофизических свойств мембраны ней-
рона или его отдельных компартментов (сомы, от-
ветвлений дендритов) при активации внесинаптиче-
ских рецепторов диффузный нейропередатчик может
изменять характеристики входящих синаптических то-
ков (подавление, усиление, укорачивание, удлинение).
Причем, эти изменения происходят благодаря свой-
ствам мембраны нейронов, лежащей за пределами си-
напсов. Так, можно представить, что в условиях неиз-
менной эффективности синаптической передачи, си-
наптические токи могут быть подавлены или усилены
в зависимости от компартмента нейрона посредством
внеклеточного нейропередатчика.
Если нейрональная обработка синаптического сиг-
нала будет изменять свои параметры во времени, то
этот процесс будет называться «нейрональной пла-
стичностью». Такие изменения могут носить как крат-
ковременный, так и долговременный характер.
Приведу конкретный пример. Внесинаптические ре-
цепторы гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) спо-
собны поддерживать постоянный тонический ток. В на-
шей лаборатории удалось показать, что условия воз-
никновения тонического тока различаются в различ-
ных типах нейронов. В возбуждающих нейронах при
нормальных условиях ГАМКергический тонический ток
отсутствовал, но регистрировался в тормозных. Мы
предположили, что это связано с различием в локаль-
ной концентрации внеклеточной ГАМК. При эпилепти-
ческих судорогах у животных этот тонический ток по-
являлся в обоих типах клеток. Это служит примером
долговременного изменения нейрональной обработки
сигнала и указывает на роль нейрональной пластично-
сти в патологических состояниях мозга.
Александр Гордон. То есть, это тоже структура, и достаточно устой-
чивая.
Алексей Семьянов. Если говорить о том, что тонический ток есть
в одном типе клеток и отсутствует в другом, то можно
провести аналогию с синаптической передачей. Есть
активные синапсы, а есть «молчащие». Важно, что си-
туация с «тонически молчащими» нейронами может
изменяться, как мы это показали при эпилептической
активности.
Таким образом, мы приходим к заключению, что в
мозге, кроме синаптической нейропередачи, есть диф-
фузная нейропередача, которая обеспечивает нейро-
нальную обработку информации.
Александр Гордон. В другой контур происходит передача информа-
ции.
Алексей Семьянов. Можно сказать и так. Существует одна ней-
рональная сеть, но два параллельных пути переда-
чи информации: синаптический и внесинаптический.
Они взаимодействуют между собой, что принципиаль-
но важно.
Александр Гордон. Это принципиально важно, поскольку умножает
количество вариантов передаваемых сигналов в гео-
метрической прогрессии и делает систему, по сути де-
ла, открытой.
Алексей Семьянов. В принципе, любая биологическая система от-
крытая: будь то синаптическая, внесинаптическая или
их комбинация. Важно то, что мы начинаем больше
узнавать о мозге. Еще шесть лет назад я сам думал,
что обработка информации в мозге происходит благо-
даря только синаптической передаче и пластичности.
Если мыслить более широко и представить, что си-
наптическая и диффузная нейропередачи не являют-
ся единственными двумя способами передачи инфор-
мации и что нейроны могут передавать сигнал посред-
ством электрического поля или других неизвестных
еще путей, то наш мозг может оказаться намного более
сложно устроенным. В связи с этим разумными кажут-
ся не только научная разработка известных направле-
ний, но и поиск новых механизмов работы мозга. Толь-
ко в этом направление возможен прогресс в объясне-
нии существования разума.
Помимо прочего существует практический аспект
данного вопроса. Некоторые лекарства, как мы уже
обсуждали, разрабатываются с применением подхода
«мозг – черный ящик». Представим, что стал известен
эффект этого препарата на синаптическую передачу.
На самом деле, это вещество может…
Александр Гордон. Одновременно может вызывать целый ряд из-
менений и внесинаптической системы…
Алексей Семьянов. Совершенно верно.
Например, известно, что некоторые препараты, ко-
торые используются как антиэпилептические, облада-
ют нежелательными побочными эффектами. Мы обна-
ружили, что эффект таких лекарств на синаптическую
передачу делает нейрональную сеть менее возбуди-
мой, а их действие на диффузную нейропередачу ока-
зывается совсем противоположным. Кроме того, дозы
лекарств, которые не действуют на синаптическую пе-
редачу, назовем их «сверхмалыми», вполне могут ока-
зывать эффект на более «чувствительные» внесина-
птические рецепторы.
Важно отметить, что синаптическая и диффузная
нейропередачи развиваются по-разному в постэмбри-
ональном периоде. Это не только дает нам новый
взгляд на развитие мозга, но и объясняет, почему дей-
ствия лекарств могут различаться в разные периоды
жизни.
Александр Гордон. Скорость передачи информации в диффузной
системе меньше, чем в синаптической…
Алексей Семьянов. В зависимости от того, что подразумевается под
передачей информации.
Александр Гордон. Сигнал.
Алексей Семьянов. В синапсе информация передается от точки к
точке. Синапс соединяет между собой две клетки, и
сигнал мгновенно передается от одной из них к дру-
гой. Диффузный сигнал может передаваться сразу не-
скольким клеткам, но ограничен скоростью диффузии.
Как посчитать скорость передачи информации? Если
мы поделим число клеток, на которые передался сиг-
нал, на время передачи, то может получиться, что
диффузная система более эффективна. С другой сто-
роны, информация, переносимая в синаптической и
диффузной нейропередаче, качественно отлична. Это
два принципиально отличных пути передачи сигнала в
мозге.
Александр Гордон. А что входит в круг интересов вашей лаборато-
рии в ближайшее время? Кроме выполнения практиче-
ских задач по разработке лекарств.
Алексей Семьянов. Мы не занимаемся разработкой лекарств. На-
ша лаборатория проводит фундаментальные исследо-
вания. Есть еще много вопросов, которые предстоит
решить на пути понимания механизмов обработки ин-
формации мозгом. Было бы интересно, используя па-
радигму различных систем передачи и обработки ин-
формации мозгом, помочь ученым переосмыслить и
объяснить непонятные результаты, которые время от
времени появляются и обычно кладутся в стол…
Александр Гордон. Поскольку не соответствуют…
Алексей Семьянов. Потому что не укладываются в современную
систему знаний и наводят на мысли о сверхъесте-
ственном. Если представленную сегодня парадигму
суметь донести до ученых и подвести под нее доста-
точную экспериментальную базу, то это будет уже до-
стижением, которое можно считать законченным.
Александр Гордон. Что я могу сказать – удачи.
Алексей Семьянов. Спасибо.

Обзор темы


Человек и мозг. Наличие разума является принципиальным отличием человека от остальных животных. С точки зрения эволюционной теории, разум возник при постепенном развитии и совершенствовании головного мозга. Все достижения человечества (искусство, политика, экономика, техника) существуют благодаря разуму и, соответственно, могут рассматриваться как результат эволюции. Это означает, что они адаптированы для того, чтобы человек находился в их окружении. С другой стороны, на все продукты цивилизации наложены ограничения, связанные с ограничениями функциональности мозга. Например, наш мозг не способен получать и обрабатывать информации больше определенного объема, скорость его работы также ограничена. В частности, вряд ли кому-то удастся за день запомнить энциклопедический словарь. Мы не чувствуем многие поля, не способны видеть события происходящие в миллисекундных диапазонах, слух и зрение ограничены узкими диапазонами частот. Понять, как работает мозг, значит открыть секрет успеха во многих областях жизнедеятельности человека. Это знание не только выведет нас на прямой путь к созданию искусственного интеллекта и излечению нервных болезней, но и даст возможность усовершенствовать то, что дала нам природа. Почему бы ни оснастить наш мозг более чувствительными анализаторами, улучшить обработку информации, увеличить возможности памяти и т.д.?
Сейчас такие рассуждения скорее принадлежат области фантастики, но, как показывает история, даже самые невероятные и фантастические предсказания иногда сбываются. Однако, в данном случае на пути исследований стоит принципиальная дилемма. Она возникает из вопроса о том, может ли система познать саму себя, или для этого требуется система более организованная?
Оставив философские рассуждения о познаваемости мозга, давайте посмотрим, как обстоит дело с исследованием его на настоящий момент. Можно сказать, что мы знаем достаточно много о мозге. Хорошо изучена анатомия этого органа, клеточный состав. Определены основные сигнальные пути между его структурами. Ясно, как возникает электрическая активность и как она предается от клетки к клетке. Но мы не знаем главного — как работает система в целом. Изучение мозга оказалось невозможно без привлечения различных наук. В английском языке для обозначения науки о мозге используется слово — «neuroscience», которое дословно переводится как «нейронаука». Появление этого термина отражает тот факт, что исследованием мозга занимаются не только биологи и медики, но и, например, физики, математики. Системный подход, с одной стороны, помогает лучше решить поставленную задачу, с другой, является источником разногласий. Специалисты в различных областях говорят на разных научных языках и порой с трудом понимают друг друга. Здесь будет к месту вспомнить восточную сказку о трех слепцах, которые трогали слона, и пытались понять, на что тот похож. Один прикоснулся к хоботу и утверждал, что слон похож на шланг. Тот, что взялся за хвост, предполагал, что он похож на шнурок. Третий думал, что слон похож на колонну, поскольку обхватил руками его ногу.
То же происходит в нейронауке. Можно выделить три основных подхода к исследованию мозга. Во-первых — «сверху вниз» (энцефалография, компьютерная томография). В этом случае мозг рассматривается как целостная система, состоящая из связанных динамически подключающихся структур. Второй подход — «снизу вверх» (исследования на молекулярно-клеточном уровне). Ученые пытаются понять, как работает клеточная молекулярная машина, позволяющая клеткам мозга выполнять их функции и объединяться в локальные сети. Третий подход — «мозг — черный ящик». Он осуществляется тогда, когда фармакологи пытаются непосредственно связать свойства того или иного рецептора с поведением. Нейрогенетики хотят найти ген, отвечающий за ту или иную функцию мозга. Такой подход не сильно информативен в плане понимания механизмов работы мозга, но позволяет добиваться практически важных результатов (например, в создании лекарств или диагностике генетических заболеваний).
Что же лучше? Скальпель хирурга, физиологический электрод, биохимический анализ или компьютерная томография? Вероятно, все методы хороши, если они позволяют накапливать знания для последующих обобщений.
Нейрон и синапс. Головной мозг тесно связан с кровеносной системой, покрыт оболочками, защищен костями черепа, это неотделимая часть организма. С другой стороны, он обособлен от других органов посредством гематоэнцефалического барьера. Этот барьер служит для создания в мозге совершенно особой среды, отличной от остальных частей тела. Через этот барьер не проникают вещества, доступные другим органам. Он спасает мозг от токсических веществ, но является препятствием для многих лекарств.
Если не учитывать клетки кровеносных сосудов и оболочек, то основными клетками мозга являются нейроны (см. приложение 1) и глиальные клетки (или глия). Они образуют сложные локальные сети структур мозга, которые динамически связаны в единое целое. До последнего времени считалось, что только нейроны ответственны за основные функции мозга (анализ сенсорной информации, обучение, память, поведение, эмоции). В настоящее время это представление претерпевает существенные изменения и признает участие глиальных клеток в активных процессах в мозге.
Нейроны связаны между собой посредством синапсов (химических или электрических). В аксоне нейронов генерируется электрический сигнал — потенциал действия, который распространяется к пресинаптическому утолщению и инициирует высвобождение нейропередатчика (см. приложение 2). Нейропередатчик оказывается в синаптической щели, действует на постсинаптические рецепторы и захватывается назад в клетки при помощи нейрональных и глиальных транспортеров (молекул переносчиков). Эффект активации рецепторов зависит от химической природы нейропередатчика, типа рецепторов и электрохимических градиентов на мембране постсинаптического нейрона. Эти эффекты можно разделить на возбуждающие, тормозные и модуляторные. Если активация постсинаптического рецептора ведет к току через мембрану, повышающему вероятность генерации потенциала действия, то этот эффект возбуждающий; если — наоборот, синаптический ток снижает вероятность генерации потенциала действия, то этот эффект тормозной.
В 1973 году Блисс и Ломо (T. V. Bliss and T. Lomo) опубликовали работу, в которой показали, что при интенсивной активности эффективность передачи сигнала в возбуждающих синапсах значительно повышается. Этот феномен длился часы после эпизода гиперактивности и был назван долговременной потенциацией (LTP — long term potentiation). Затем была открыта долговременная депрессия синаптической передачи. Ученые ликовали: «Поскольку мозг построен на основе синаптических связей между нейронами, то длительные изменения эффективности синаптической передачи должны являться механизмом обучения и памяти».Так возникла теория синаптической пластичности. Эта теория значительно усилила свои позиции со времени пионерских работ. До сих пор не ослабел поток работ, посвященных открытию новых рецепторов, ферментов, молекул-передатчиков, вовлекаемых в процессы синаптической пластичности. В конце мая 2003 года в Лондоне состоялась конференция, посвященная 30-летию исследований долговременной потенциации. Это событие собрало цвет мировой нейронауки с обоих полушарий планеты.
Спиловер и внесинаптические рецепторы. Кроме открытий в области синаптической пластичности в последние годы стали накапливаться и другие «любопытные» факты. Так в 90-е годы ХХ века Дмитрий Кульман (D. M. Kullmann) обнаружил, что нейропередатчик, высвободившийся в результате синаптического события, способен покидать пределы синаптической щели, диффундировать к соседним синапсам и активировать их рецепторы. В дальнейшем эти исследования были значительно расширены в работах Дмитрия Русакова (D. A. Rusakov). Феномен получил название «спиловер», что в переводе с английского означает перелив и растекание. Как и любое новое знание, идея спиловера в самом начале не встретила единодушной поддержки среди ученых, привыкших к линейной логике синаптических связей. В качестве аргумента против идеи спиловера выдвигалось предположение о том, что если нейропередатчик с одного синапса перетекает на другой, то синапсы теряют независимость, а это неблагоприятно для мозга. Однако, роль спиловера нейропередатчиков заключается не только в активации рецепторов, расположенных в соседних синапсах. Покинув синаптическую щель, они достигают прежде всего рецепторов, расположенных на внесинаптической мембране постсинаптического нейрона и на самой пресинаптической терминали. Кроме того, покинувшие синаптическую щель, нейропередатчики могут активировать внесинаптические рецепторы на соме, дендритах и аксоне соседних клеток.
В чем заключается важность идеи спиловера? Казалось бы, давно известна «объемная передача» или медленная диффузия нейропередатчиков в мозге. Концепция объемной нейропередачи была хороша для описания эффектов субстанций (модуляторов эндогенного происхождения, лекарств, ядов), затрагивающих большие структуры или целый мозг. Нейропередатчик, покинув синаптическую щель, рано или поздно захватывается нейрональными или глиальными транспортерами, а, следовательно, изменения его концентрации происходят в локальных участках нейрональной сети, ограниченных группой нейронов или, даже, небольшим числом нейрональных компартментов. Внесинаптические рецепторы таких нейропередатчиков, обладают очень высокой чувствительностью (аффинностью) и реагируют на крайне малые изменения в концентрации последних. Кроме того, некоторые из таких рецепторов (например, рецепторы гамма-аминомасляной кислоты — ГАМК) способны поддерживать постоянный (тонический или шунтирующий) ток. В нашей лаборатории удалось показать, что условия возникновения тонического тока различаются в различных типах нейронов. В возбуждающих нейронах при нормальных условиях ГАМКергический тонический ток отсутствовал, но регистрировался в тормозных. Мы предположили, что это связано с различием в локальной концентрации внеклеточной ГАМК. Любопытно, что при эпилептических судорогах у животных этот тонический ток появлялся в обоих типах клеток (значение этого феномена обсуждается ниже).
Диффузная нейропередача. Нейропередатчики активируют соответствующие им рецепторы двумя способами: специфическим синаптическим или более дивергентным внесинаптическим. В силу узости синаптической щели, концентрационные изменения нейропередатчика в ней происходят достаточно быстро (~1 мс). Внесинаптическая концентрация нейропередатчиков меняется медленнее и в большей степени зависит от скорости диффузии. Изменения в этой концентрации, как правило, отражают изменения в общей возбудимости нервной ткани или ее метаболическое состояние. С функциональной точки зрения синаптическая передача может быть охарактеризована как система быстрой передачи информации по цепочке нейронов, определяемой логической схемой возбуждающих и тормозных синапсов в текущий момент времени (цифровой сигнал). Внесинаптическая диффузная нейропередача может изменять активность целой группы клеток, расположенных на определенном расстоянии от источника нейропередатчика и обладающих соответствующими рецепторами одновременно (аналоговый сигнал). В качестве таких рецепторов выступают внесинаптические рецепторы, являющиеся своего рода «детекторами» внеклеточной концентрации медиаторов и регулирующие возбудимость клеток в соответствии со своей природой.
Чтобы говорить о полноценной передаче сигнала, необходимо определить его источник, приемник и механизм их взаимодействия. В случае синаптической передачи источником является пресинаптическая терминаль, высвобождающая нейропередатчик, а приемником — участок постсинаптической клетки (например, шипик), располагающийся непосредственно напротив места экзоцитоза. Механизм передачи заключается в кратковременном повышении концентрации нейропередатчика в узкой синаптической щели: за пресинаптическим высвобождением незамедлительно следует процесс активации постсинаптических рецепторов и удаления медиатора из щели (диффузия и обратный захват).
Аналогичным образом могут быть определены основные источники и приемники в диффузной нейропередаче. Кроме спиловера нейропередатчиков, их внеклеточная концентрация может пополняться за счет обращенной работы транспортеров. Считается, что транспортеры нейропередатчиков служат для того, чтобы захватывать нейропередатчик из внеклеточного пространства внутрь клеток. Однако, при изменении электрохимических градиентов, благодаря своей электрогенности транспортеры могут начать выкачивать нейропередатчик из клеток наружу. Также, нейропередатчик может высвобождаться во внеклеточное пространство при глиальном экзоцитозе и осмотическом стрессе. Основными приемниками в диффузной нейропередаче являются внесинаптические рецепторы, соответствующие нейромедиаторной природе сигнала.
Нейрональная пластичность. Многие ученые считают, что обучение и память основаны исключительно на синаптической пластичности (потенциации и депрессии передачи сигнала в синапсах). Нейроны при этом выполняют лишь интегративную функцию для возбуждающих и тормозных синаптических токов, результатом которой является вероятность возникновения потенциала действия в аксоне. Это является значительным упрощением, как и представление о том, что тоническая активация внесинаптических рецепторов лишь меняет возбудимость нейронов посредством шунтирующего тока. Изменение биофизических свойств (проводимости, возбудимости, потенциала, ионных градиентов) мембраны нейрона или его отдельных компартментов (сомы, ответвлений дендритов) при активации внесинаптических рецепторов диффузным нейропередатчиком может изменять характеристики входящих синаптических токов (подавление, усиление, укорачивание, удлинение). Причем эти изменения происходят благодаря свойствам мембраны нейронов, лежащей за пределами синапсов. Так, можно представить, что в условиях неизменной синаптической передачи, синаптические токи могут быть подавлены или усилены в зависимости от компартмента нейрона.
Процесс изменения синаптического тока в зависимости от состояния мембраны нейрона-мишени можно терминологически определить как «нейрональная обработка синаптического сигнала». Одним из способов нейрональной обработки синаптического сигнала является вышеупомянутый ГАМКергический тонический ток. В своей недавней работе Митчелл и Сильвер (S. J. Mitchell and R. A. Silver) показали, что этот ток определяет усиление выходного сигнала нейрона (частоту нейрональных разрядов) и регулирует обработку частотно-кодированной синаптической информации.
Активация внесинаптических рецепторов является свойством не только ГАМКергической системы. Во многих лабораториях мира, в том числе и нашей, было показано, что возбуждающий нейропередатчик — глутамат, может покидать синаптическую щель и активировать внесинаптические рецепторы.
Если нейрональная обработка синаптического сигнала будет изменять свои параметры во времени, то этот процесс будет называться «нейрональной пластичностью». Такие изменения могут носить как кратковременный, так и долговременный характер. Примером долговременного изменения нейрональной обработки сигнала является появление тонического ГАМКергического тока при эпилепсии в нейронах, в которых он отсутствовал в нормальном состоянии (см. выше). Это указывает на роль нейрональной пластичности в патологических состояниях мозга. Тем не менее не существует принципиального противоречия в утверждении, что нейрональная пластичность, аналогично синаптической (а возможно вместе с синаптической), вовлекается в процессы обучения и памяти.
Нейрональная пластичность и возбудимость нейрона. На первый взгляд может показаться, что возбудимость нейрона и нейрональная пластичность по сути одно и тоже. Нейрон получает синаптический сигнал и далее генерирует или не генерирует спайк (потенциал действия). Возбудимость нейрона обычно оценивают по параметру ВПСП (возбуждающий постсинаптический потенциал) — спайк передачи. Если вероятность генерации спайка на одинаковый по амплитуде ВПСП повышается, то это называется ВПСП-спайк потенциацией. Если вероятность снижается, то это называется ВПСП-спайк депрессией. Нейрональная пластичность процесс более сложный. Она, в частности, определяет, с каких компартментов нейрона информацию следует усилить, а с каких подавить. Это позволят нейрону выбирать входящие сигнальные пути, что не обязательно отразится на его возбудимости, но может определить, какой информационный поток в локальной нейрональной сети получит приоритет. Важно отметить, что в отличие от синаптической, нейрональная пластичность не специфична для отдельных синапсов, а специфична для целого нейрона или его компартментов (например, может шунтировать одновременно тормозные и возбуждающие синаптические токи).
Нейрональная пластичность является типом обработки сигнала в мозге, который существует параллельно с пластичностью синапса и пластичностью ВПСП-спайк передачи (возбудимости нейрона). Не следует забывать при этом, что все классификации условны. В реальном нейроне эти типы обработки сигнала тесно взаимодействуют друг с другом. Например, изменение электрохимических градиентов потенциал-образующих ионов может привести к изменению возбудимости нейрона, поскольку изменится порог генерации Ca2+ спайков в дендритах и/или Na+/K+ спайков в аксоне. С другой стороны, изменение градиентов будет изменять электродвижущую силу для ионов, принимающих участие в синаптических событиях. Так, низкое содержание ионов хлора внутри нейрона и высокое содержание их снаружи делает синаптические токи опосредованные рецепторами ГАМК, тормозными (гиперполяризующими). Низкая концентрация хлора внутри клетки достигается за счет хлорного насоса — белкового комплекса, расположенного в нейрональной мембране. Если этот комплекс перестает работать, то градиент хлора выравнивается, а величина ГАМКергического торможения снижается. При этом возникает вероятность ситуации, что ГАМК может быть даже возбуждающим (деполяризующим) нейропередатчиком. Было показано, что ГАМК является исключительно возбуждающим нейропередатчиком на ранних стадиях развития мозга и становится преимущественно тормозным во взрослом состоянии.
Заключение. В мозге существуют два параллельных и взаимосвязанных пути передачи информации. Во-первых, каждый нейрон получает тысячи пластичных синаптических входов от других нейронов, и сам образует множество пластичных синапсов на разных клетках. Электрические потенциалы распространяется по узким каналам переключений обладающих логикой: «+» — возбуждающий синапс и «-» — тормозной. На этом принципе организована ковергентно-дивергентная система «узкополосной» передачи сигнала. Основным способом обработки информации в этой системе является синаптическая пластичность.
Нужно помнить, что на одном нейроне могут находиться тысячи синапсов. Если в одном из синапсов наблюдается потенциация, то это незначительно скажется на суммарной активности клетки. Предположим, что синаптическая потенциация и депрессия являются событиями равновероятными. В этом случае результирующая синаптической пластичности будет нулевой. Однако, если происходит изменение свойств мембраны целого нейронального компартмента, содержащего десятки и сотни синапсов, то это незамедлительно скажется на выходном сигнале данного нейрона. Таким образом, нейрональная пластичность является более мощным механизмом регуляции передачи сигнала в нейрональных сетях.
Нейрональная пластичность тесно связана со вторым, диффузным, путем передачи сигнала в нейрональной сети. На этом принципе организована «широкополосная» система передачи сигнала. Диффузный внесинаптический сигнал способен распространяться одновременно на несколько нейронов или нейрональных компартментов. Таким образом, поток информации передается параллельно по нескольким каналам. При этом, диффузная нейропередача, изменяя состояние мембраны, меняет свойства синаптического сигнала (нейрональная пластичность). Информация кодируется посредством локальных внесинаптических флуктуаций нейропередатчиков. Эти колебания определяют, как и какие нейроны или нейрональные компартменты в сети будут обрабатывать входящие синаптические сигналы.
Здесь хотелось бы привести некоторые аналогии с системой передачи данных в технологии ADSL (Asymmetric Digital Subscriber Line). Для передачи голоса (при разговоре по телефону) мы используем сеть ATM (режим асинхронной передачи). Известно, что голос занимает лишь узкую полосу пропускной способности физического канала. В связи с этим было предложено использовать оставшуюся часть для передачи данных по технологии ADSL. Это позволило пользователю одновременно говорить по телефону и, например, работать в Интернете. Также дело обстоит и с системами передачи информации в мозге. Раньше ученые считали, что существуют только синаптическая передача между нейронами. Последние работы, в том числе нашей лаборатории, показали, что физические возможности мозга в плане организации информационных потоков значительно шире. Любопытно, что морфология мозга и анатомические связи между нейронами были документированы уже более ста лет назад в работах Рамона-и-Кахаля (S. Ramon y Cajal), а исследования путей передачи сигнала до сих пор преподносят все новые сюрпризы.
В чем практическое применение проводимых нами исследований? В первую очередь это приближение к пониманию функции мозга, что способно расширить границы человеческой деятельности во всех областях. Во-вторых, многоуровневый принцип передачи информации в мозге при наличии единой физической структуры может найти применение в технике и технологиях. Например, почему бы не сделать компьютер, который бы одновременно обрабатывал цифровые потоки (как это реализовано в современных процессорах) и аналоговый сигнал на базе единого физического носителя. В-третьих, результаты исследования роли внесинаптических рецепторов в нейрональной пластичности указывают на необходимость пересмотра наших представлений о действии многих нейроактивных препаратов. До сих пор считается, что лекарственные препараты, влияющие на ГАМК- или глутаматергическую систему, опосредуют свое действие через синаптическую передачу. На самом деле, первыми и наиболее доступными для лекарства будут внесинаптические рецепторы. Причем, действие того или иного препарата может носить специфичный характер для определенного типа клеток. В частности, мы показали, что бензодиазепины (используются как седативные и антиэпилептические средства) усиливают тонический ГАМКергический ток только в тормозных, но не в возбуждающих клетках гиппокампа. При этом эффект на синаптический ГАМКергический ток наблюдается в обоих типах нейронов.
Концепция нейрональной пластичности позволила расширить область знаний о мозге. Но ставить на основе этого новые границы функциональности мозга было бы ошибочно. Не исключено, что дальнейшие исследования откроют дополнительные механизмы передачи и обработки информации в центральной нервной системе. Кроме того, формирование догм всегда сдерживало прогресс. Истинный ученый должен обладать широтой взгляда на вещи и быть готовым к принципиальному пересмотру своих взглядов.

Библиография


Семьянов А. В. Диффузная внесинаптическая нейропередача посредством глутамата и ГАМК//Журнал Высшей Нервной Деятельности. (В печати.)
Lomo T. The discovery of long-term potentiation//Philos. Trans. Soc. Lond. Biol. Sci. 2003. № 358 (1432)
Mitchell S. J., Silver R. A. Shunting Inhibition Modulates Neuronal Gain during Synaptic Excitation//Neuron. 2003. № 38 Rivera C., Voipio J., Payne J. A., Ruusuvuori E., Lahtinen H., Lamsa K., Pirvola U., Saarma M., Kaila K. The K+/Cl- co-transporter KCC2 renders GABA hyperpolarizing during neuronal maturation//Nature. 1999. № 397 (6716)
Rusakov D. A., Kullmann D. M., Stewart M. G. Hippocampal synapses: do they talk to their neighbours?//Trends Neurosci. 1999. № 22 (9)
Semyanov A., Walker M. C., Kullmann D. M. GABA uptake regulates cortical excitability via cell type-specific tonic inhibition//Nature Neurosci. 2003. № 6 (5)
http://www.neuroscience.ru
http://www.ecclescorner.org/RUS/
http://www.neuroscience.ru/forums/index.php

Приложение 1. «Нейрон»
Нейрон является одним из основных типов клеток мозга. Нейрон может быть разделен на три компартмента (отдела): сома, дендриты и аксон. Все клетки имеют одну сому (тело), но могут различаться по числу и морфологии дендритов и аксонов в зависимости типа нейрона. В соме нейрона находится ядро, и протекают основные метаболические процессы, связанные с поддержанием жизнедеятельности клетки. На соме и на дендритах располагаются синаптические окончания других нейронов. Эти окончания образуют синапсы, которые могут быть как возбуждающими (увеличивающими вероятность генерации разряда нейрона), так и тормозными (снижающими вероятность). Интегративная функция сомато-дендритного компартмента заключается в том, что в нем происходит суммация и взаимодействие между различными синаптическими токами. Если общий ток имеет возбуждающую направленность и достигает специфичной для нейрона пороговой величины, то это ведет к генерации разрядов клетки, или потенциалов действия. Аксон нейрона обладает электровозбудимой мембраной и способен к генерации распространяющихся потенциалов действия. Эти потенциалы, распространяясь по аксону, достигают варикозных расширений, содержащих везикулы нейропередатчика и инициируют его высвобождение.

Приложение 2. «Синапс»
Есть несколько типов контактов, посредством которых нейроны взаимодействуют между собой. Но все их можно разделить на две категории — электрические и химические взаимодействия. Поскольку нейроны способны к биоэлектрогенезу, находятся в электропроводящей среде и, зачастую, плотно прижаты друг к другу, генерация потенциалов в одном из нейронов способна приводить к соответствующему их «отражению» в соседнем. Химические взаимодействия между нейронами происходят за счет высвобождаемых нейронами субстанций. Это могут быть аминокислоты, моноамины, пурины, пептиды. Их высвобождение происходит как ненаправлено (высвобождение модуляторов и нейропередатчиков в межклеточное пространство, «паракринная» передача в развивающемся мозге и т.д.), так и направленным — синаптическим. Термин «синапс» происходит от греческого «synapsis»- соединение, и характеризует сложную структуру связи между пресинаптической терминалью (варикозным расширением аксона) и постсинаптическим участком (мембраной сомы или дендрита).
Потенциал действия достигает пресинаптической терминали и приводит к высвобождению нейропередатчика. Нейропередатчик попадает в синаптическую щель (расстояние между пресинаптической терминалью и постсинаптическим участком мембраны нейрона-мишени), а также частично диффундирует за ее пределы. Высвободившийся нейропередатчик активирует рецепторы, которые опосредуют синаптические токи. Существует несколько типов постсинаптической мембраны. Синапс может формироваться напротив дендритного шипика или гладкого дендрита. Мембрана клетки-мишени может иметь постсинаптическое уплотнение, а может его не иметь. Эти параметры зависят от типа высвобождаемого нейропередатчика, типа постсинаптической клетки и физиологического состояния нервной ткани.
Из синаптической щели нейропередатчик удаляется посредством транспортеров (глутамат, ГАМК) или разрушается ферментативно (ацетилхолин). Этот процесс является принципиально важным, поскольку позволяет рецепторам освободиться от действующего на них агониста (активирующего вещества, в данном случае нейропередатчика), и прийти в состояние готовности к следующему синаптическому событию.

  • ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РАЗДЕЛА:
  • РЕДАКЦИЯ РЕКОМЕНДУЕТ:
  • ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
    Имя
    Сообщение
    Введите текст с картинки:

Интеллект-видео. 2010.
RSS
X