загрузка...

Виртуальное картографирование

  • 16.06.2010 / Просмотров: 8899
    //Тэги: Гордон   ИТ  

    Что такое карта? Графическая модель, канал информации или текст, составленный на языке картографических знаков? Об эволюции карты и "разумных изображениях" будущего, трехмерных и движущихся моделях виртуального картографирования - географ Александр Берлянт.







загрузка...

Для хранения и проигрывания видео используется сторонний видеохостинг, в основном rutube.ru. Поэтому администрация сайта не может контролировать скорость его работы и рекламу в видео. Если у вас тормозит онлайн-видео, нажмите паузу, дождитесь, пока серая полоска загрузки содержимого уедет на некоторое расстояние вправо, после чего нажмите "старт". У вас начнётся проигрывание уже скачанного куска видео. Подробнее

Если вам пишется, что видео заблокировано, кликните по ролику - вы попадёте на сайт видеохостинга, где сможете посмотреть этот же ролик. Если вам пишется что ролик удалён, напишите нам в комментариях об этом.


Расшифровка передачи


Александр Гордон. …роскошный, отличного ка-
чества, прекрасного разрешения снимок из космоса
участка территории 10 на 10 километров. Вот в любую
точку на территории США ткни, и они тебе снимок 10
на 10 километров сделают. И я подумал – потрясаю-
щая возможность получить идеальную карту, причём
в хорошем масштабе. Притом что мне ещё при жиз-
ни здесь приходилось создавать карты деревенской
местности, где я жил, потому что официальным картам
верить нельзя было. Там были иной раз катастрофи-
ческие расхождения – по политическим мотивам или
каким–либо другим. Я тогда подумал, вот конец карто-
графии. Если всю землю можно вот так сосканировать
из космоса, что ж делать бедным картографам? Так вот
вопрос к вам: что делать бедным картографам?
Александр Берлянт. Вообще, картография долж-
на быть информационной службой этого государства.
Собственно, это основное её назначение, по моему
мнению. А существует она, так сказать, в трех ипоста-
сях. С одной стороны, это наука, наука о том, как с по-
мощью карт человек может познать окружающий мир.
С другой стороны, это, безусловно техника, и очень
серьёзная техника, которая говорит о том, как сделать
карту, как использовать карту, как работать с картой и
так далее.
И, кроме того, это ещё и производство. Потому
что это такое производство, которое выпускает товар-
ную продукцию – карты, глобусы, атласы. Это доволь-
но большое производство, приносящее стране опре-
делённый доход. Эта тройственность – характерная
черта этой науки.
Кроме того, сами учёные ещё не вполне согласны в
том, что это за наука. Одни говорят, что карта – это мо-
дель, модель мира и, следовательно, это наука о мо-
делировании. Поскольку она моделирует природу, об-
щество и всё такое, то это, скорее всего, наука, отно-
сящаяся к географическим, во всяком случае – к есте-
ственным наукам.
С другой точки зрения считают, что картография, это
наука о том, как передавать графическую информа-
цию, как передавать пространственную информацию.
Считают, что картограф стоит с одной стороны – он
берёт какую–то информацию и передаёт её пользова-
телю. И тогда карта – это уже никакая не модель, а это
канал информации от того, кто этой информацией вла-
деет, к тому, кто её получает.
Есть ещё третья точка зрения – что картография это
наука, вообще говоря, языковая. То есть, это наука о
некотором языке, которым пользуется человек, наря-
ду с математическим языком, с химическим языком, с
языком музыкальных знаков, нотной грамотой.
Поэтому в этом отношении единства у картографов
нет. Скорее всего, картография – это и то, и другое, и
третье, всего понемножку. Это и модель мира, и, с дру-
гой стороны, определённый канал информации, и, кро-
ме того, это ещё и язык, на котором люди общаются
между собой. И более того, среди некоторых картогра-
фов бытует мнение о том, что этот язык даже более
естественен для человека, чем разговорный язык. Ко-
гда человек ещё не умел говорить и не умел высказы-
ваться, он уже умел рисовать, допустим, на песке, или
на скале, или на камне схему и показывать своим со-
братьям, своим соплеменникам места охоты, выпаса,
перегонов скота и так далее. И когда человек ещё не
владел членораздельной речью, он уже имел этот на-
вык рисовать что–то и что–то показывать. Так же, как,
между прочим, у человека есть врождённый внутрен-
ний инстинкт ориентирования в пространстве, так вот
карта и есть язык такой ориентации.
Александр Гордон. У человека или у мужчины всё-таки?
Александр Берлянт. У человека, у человека. Может быть, у мужчи-
ны несколько больше, но в марте01 пока ещё не будем
говорить «только у мужчины».
Вот в таком положении находится картография как
наука. С одной стороны, как наука, техника и произ-
водство, и с другой стороны, как такая область, кото-
рая захватывает разные разделы естественных и об-
щественных наук.
Она очень тесно связана с географией. Вообще, ко-
гда–то, на заре её развития, география – то есть «опи-
сание гео», и картография, то есть «рисование карт», –
были почти синонимы, они не разделялись. Потом они
довольно сильно разделились, а теперь снова ставит-
ся вопрос о том, чтобы они постепенно сливались.
Теперь карта. Это особая такая модель, очень удоб-
ная для человека, он никак не может от неё отказаться.
И ни в каких, пожалуй, обстоятельствах он не сможет
обойтись без карты. Собственно, она, наверное, будет
существовать до тех пор, пока человек 80% информа-
ции получает через зрение.
И во всех языках есть мысль о том, что лучше один
раз увидеть, чем много раз услышать или потрогать. И
есть разные пословицы, вроде той китайской, что одно
01 Вероятно, ошибка в оригинальном тексте.
изображение стоит тысячи слов.
Это действительно так. Человек, когда видит пик-
тографическую картинку, например, говорящую о том,
что здесь переход под землёй, он быстро понимает её
без всяких слов. И в этом огромное преимущество кар-
ты.
Карта – это знаковая модель, в отличие, скажем, от
снимка, о котором вы говорили, что можно из космоса
получить изображение Земли. Она – знаковая модель.
А знаки – это очень сильная вещь, потому что они
позволяют, например, отобразить на карте те объекты,
которые человек никогда не видел, которые просто ни-
когда не видел и никогда в жизни не увидит.
Скажем, вот поверхность какой–нибудь планеты, на
которой он никогда не был, а карта её есть. Скажем,
морское дно со всеми возвышенностями, горами, раз-
ломами и тому подобное. Это тоже такой объект, ко-
торый человек никогда не видел и никогда не увидит,
разве что утопленник, так сказать, в последний момент
увидит морское дно.
А у нас есть карты морского дна всего мира. Там
можно показать те явления, которые человек вообще
не воспринимает своими органами чувств. Скажем, у
нас есть карты магнитных аномалий, очень подроб-
ные, которые показывают, как расположены эти маг-
нитные аномалии. Конечно, никакой человек их почув-
ствовать не может, как, скажем, силу тяжести или ка-
кие–нибудь другие подобные вещи. Он их почувство-
вать не в состоянии.
Александр Гордон. Параллели и меридианы тоже не видны.
Александр Берлянт. Параллели и меридианы – да, совершенно вер-
но, это тоже абстракция. Можно вообще показать на
карте абстракции. Скажем, какой–нибудь индекс сухо-
сти какого–нибудь пустынного района, который пред-
ставляет собой некий расчётный показатель, учитыва-
ющий количество осадков – человек никогда этого не
видел. Или, скажем, показать обеспеченность челове-
ка какими–нибудь финансовыми средствами – тоже в
расчётных величинах.
Вот это все позволяют сделать карты в отличие от
снимка. Поэтому снимок – это всё-таки не карта. Сни-
мок – это как бы копия того объекта, который человек
видит, той местности, которую он видит, и очень иногда
полезный, очень важный.
Вам, например, важно увидеть все детали на этой
местности, все подробности. А карта – это тот же сни-
мок, но уже пропущенный через мозги человека, через
руки человека. И именно он, картограф, решал, что по-
казать, что оставить, что снять с карты, как и что по-
казать, что выделить на первый план, от чего, так ска-
зать, избавиться как от какой–то незначительной ме-
лочи.
Поэтому карта и снимок – это несколько разные ве-
щи, и они друг друга не перекрывают. Ну, а та точка
зрения, что с развитием, скажем, космических съёмок
и после того как будет вся Земля заснята, картогра-
фия, так сказать, погибнет или растворится, или уйдёт
на второй план, эта точка зрения тоже несостоятель-
на, потому ни один снимок, полученный из космоса, не-
льзя привязать к Земле и нельзя обработать, если не-
ту карты.
То есть, для того чтобы его положить на основу, что-
бы знать, где он, чтобы его, так сказать, привести к го-
ризонту, для всего для этого, прежде всего, необходи-
ма карта.
С другой стороны, картография сейчас уже никак не
может жить без снимков. Эти два аспекта очень хоро-
шо уживаются, очень хорошо взаимодействуют.
Ведь такие же точки предположения были, когда
впервые начала внедряться в естественные науки ма-
тематика. И тогда появилось такое мнение, что по-
скольку есть компьютер (тогда ещё были огромные
компьютеры, которые занимали целое помещение),
что поскольку вся информация вложена в компьютер,
то зачем теперь карта? И что карты будут не очень нуж-
ны, и человек будет все задачи, тем более простран-
ственные задачи, легко решать с помощью карт.
Но жизнь показала, что всё пошло несколько иначе.
И теперь какой компьютер считается самым лучшим?
Тот, у которого большой экран – чем лучше экран, тем
лучше компьютер.
Потому что человек никак не может отказаться от
наглядного образа. Если говорить научными термина-
ми, то человек решает свои задачи не алгоритмически,
не следует постепенно, не анализирует, вернее, чело-
век решает задачи, не только анализируя, но и эври-
стически. Он сразу видит некий образ, и этот некий
образ ему подсказывает какие–то решения, какие–то
пути исследования. Причём, некоторые вещи человек
сразу отметает, он на них даже не обращает внимания.
Вот шахматист. Шахматист, когда перед ним партия, он
ведь не перебирает все ходы подряд, он просто знает,
что некоторые ходы можно даже не смотреть, пустой
номер, там ничего нет.
Так и человек анализирует карту – он углубляет-
ся только в те образы, которые ему подсказывают ка-
кие–то решения, дают какие–то пути исследования.
Вот что можно сказать о карте.
Теперь я бы ещё сказал, пожалуй, о том, что кар-
та за свою многовековую историю… Когда появились
первые карты – мы не знаем, но первые картоподоб-
ные рисунки датируются сроком около 14–15 тысяч лет
тому назад. Это наскальные рисунки, это рисунки на
деревянных, на глиняных табличках. Позднее – это ри-
сунки на деревне, на бивнях мамонтов, на костях жи-
вотных. На бересте, на дереве, на шёлке в Китае, и
на вазах старинных мы находим картографические ри-
сунки. Даже в Библии есть упоминание о карте, напри-
мер, в книге пророка Иезекииля сказано: «И ты, чело-
век, положи перед собой кирпич и нарисуй на нём план
города Иерусалима». Это были те самые глиняные та-
блички с картографическими рисунками, которые до-
шли до нас и которые, согласно исторической науке,
сохранились где–то в Месопотамии.
Так что это очень древнее изобретение. И, кстати,
сейчас на экране изображена такая древняя дорожная
римская карта. Она анаморфирована, то есть все фор-
мы на ней искажены. Можно увидеть там, на юге, в
левом углу этой картины, дельту Нила, сильно развет-
влённую. И потом такой узкой полосой проходит Сре-
диземное море и ещё видно Красное море немножко.
Так вот это дорожная римская карта, так называемая
пейтингерова таблица. Названа она по имени немец-
кого учёного Пейтингера, который в самом начале 16
века её нашёл, описал и у себя в коллекции держал.
Она представляет собой свиток длиной примерно,
по–моему, метров 17–ти и шириной около трети метра.
Она разворачивалась по мере движения человека от
Британских островов до Индии. И на ней красными тон-
кими линиями показаны дороги.
Причём, дороги по протяжённости своей искажены,
и по направлениям они тоже искажены. Зато очень точ-
но показано, где эти дороги пересекаются, где они раз-
ветвляются. И, кроме того, на ней показаны все на-
селённые пункты и стоянки римских легионеров. Вот
это всё на ней очень чётко отражено.
Это было сделано очень давно. А вот то, что мы сей-
час видим, это современная карта метрополитена. В
данном случае тут приведён район города Барселона
– потому что он тоже имеет такую вытянутую форму.
Так вот на карте метрополитена (как московского ме-
трополитена, так и любого другого) тоже не сохраняет-
ся ни расстояние, ни направление, но отлично видна
топология – все станции пересадок есть.
Так вот карты претерпели огромные изменения за
века своего существования – и в способах изображе-
ния, и во внешнем виде, и в самом, так сказать, рисун-
ке. Это уже не рулоны большие, это карты на бумаге,
или карты на экране в автомобиле, или карты на экра-
не компьютера.
И картограф рисует уже не резцом, и не кисточкой, и
не карандашом. Кто бы мог подумать – он рисует мыш-
кой, мышкой на экране, а не кисточкой на бумаге, не
резцом на гравировальном камне.
Но функции у них остались те же. Функции остались
абсолютно те же, какими всегда они были. Есть очень
много аналогий между старинными картами и совре-
менными. Одна такая массивная плита была найдена
в Саудовской Аравии, в Аравийской пустыне, точнее,
недалеко от залива Акаба. И после того как археологи
её изучили, они пришли к выводу, что это карта пред-
назначена была для сбора податей. То есть, собствен-
но говоря, карта была кадастрового назначения, такого
же назначения, как и современные кадастровые карты.
То есть, хотя средства изображения менялись, но
язык её практически остаётся тем же самым, точно
так же, как язык, скажем, древних летописей не очень
сильно отличается по сути своей от современного язы-
ка, хотя всё остальное поменялась. Стало быть, карта
такую длинную, долгую эволюцию прошла. И никак она
не растворяется ни в аэрокосмических снимках, ни в
математических моделях. Она живёт с ними бок о бок.
Теперь можно было бы сказать ещё о том, как идёт
современная эволюция карты.
Карта очень тесно взаимодействует с аэро– и косми-
ческими снимками. Вообще говоря, космические съём-
ки поставили всё с ног на голову, с головы на ноги –
в общем, перевернули всю картографию. Потому что
раньше, чтобы получить, например, карту лесов та-
кой огромной страны, как Россия, нужно было снимать
сперва в крупных масштабах. Отдельно лесные хозяй-
ства, потом всё сводить вместе, получать карты лесов
крупного района, потом районы сводить вместе, полу-
чать обзорную карту всей страны.
И пока не были сделаны съёмки отдельных участ-
ков, нельзя было получить большую обзорную карту
на всю страну в мелком масштабе – всё приходилось
сводить. А во время этого сведения, естественно, на-
капливались какие–то погрешности, ошибки.
В конце концов, космические снимки позволили пой-
ти совершенно другим путём. Потому что большой
охват пространства, который космические снимки да-
ют, позволяет сперва получить мелкомасштабную кар-
ту на всю страну, а потом уже детализировать её на от-
дельных участках, где нужно. То есть, принципиально
другой подход.
Я уже говорил, что снимки получаются детальные
и очень, очень подробные. А карта пропущена через
голову и несколько абстрактна, несколько условна. И
в настоящее время сделаны уже попытки (эти карты
существуют) совместить изображение. Фотоизображе-
ние накладывается на картографическое изображе-
ние. То есть, в карту впечатывается фотографическое
изображение, называется это «фотокарта».
Фотокарты (иногда их называют ортофотокарты,
чтобы подчеркнуть их ортогональность, снимок всё-та-
ки бывает наклонный), космофотокарты, они сейчас в
большом ходу, в очень большом ходу, их очень мно-
го. И даже не всегда можно отличить обычную карту
от фотокарты. Очень удобно, потому что они совме-
щают подробность, детальность снимка с обобщённо-
стью карт. Вот это стало развиваться, я думаю, с 60–
х годов и, может быть, особенно интенсивно эти фото-
карты стали делать американцы во время вьетнамской
войны, потому что им там трудно было ориентировать-
ся на местности. Пожалуй, они. А сейчас это очень ак-
тивно развивается во всех отраслях знаний.
Потом человек пошёл дальше. Потому что в карто-
графии всегда борются два направления. Одно напра-
вление картографии, это стремление сделать модель
наиболее метричной, чтобы с неё можно было снять
максимум метрической информации: высоты, глуби-
ны, расчленения, уклоны, удалённость, наклоны, гра-
диенты и прочее, прочее, прочее. А вторая тенденция
– это стремление сделать карту наиболее наглядной.
Чтобы когда на неё смотришь, видеть просто мест-
ность, рельефную местность, пластическое изображе-
ние.
И эти два направления между собой, так сказать,
диалектически, как нас учили, конфликтуют. Иногда
стремление сделать карту очень пластичной мешает
наглядности.
И после того как стали в большом ходу фотокар-
ты, стали задумываться о возможности сделать кар-
ты трехмерными. Это называется «3D–карта» и в этом
направлении было сделано очень много. Сперва де-
лали вручную, строили разные рельефные блок–диа-
граммы.
Теперь это делается компьютерным образом, встро-
енные программы это делают моментально. И мы по-
лучаем трехмерное изображение рельефа. Мы видим
все возвышенности, низменности, можем поворачи-
вать эту модель так, как нам удобно, разглядывать с
разных сторон. Можем вытягивать по одному напра-
влению или по другому, то есть менять масштаб так,
как нам удобно. Вот, кстати, то, что сейчас на экра-
не, это как раз фотокарта одного из районов Бангла-
деш. Это очень сильно заболоченная местность, дель-
та большой реки и джунгли, там пробраться с топо-
графической съёмкой тяжело. Поэтому французы (это
французская карта) со своего спутника «СПОТ» дела-
ют очень подробные изображения и вгоняют его в рам-
ки карты. И на этой карте есть всё, кроме рельефа.
Здесь не очень хорошо видно, но там есть и назва-
ния населённых пунктов, и дорожная сеть, и подробное
фотоизображение вместе с картографическим изобра-
жением. А вот слева за рамкой показаны масштабы,
различные склонения, в общем, всё, как на обычной
карте. Делается это очень быстро, почти в реальном
режиме. И получаются такие карты для развивающих-
ся стран, которые пока не могут себе позволить пол-
ноценной картографии, полноценной наземной съём-
ки. Когда стали делать трехмерные модели, то сле-
дующим этапом было натягивание на эту трехмерную
модель фотоизображения. То есть, она уже не толь-
ко трехмерная, но ещё и с фотоизображением, ко-
торое демонстрирует почти реальную местность. И,
если можно так назвать, это были «фото–блок–диа-
граммы». То есть, уже была представлена местность
со всей реальной ситуацией и со всеми реальными её
высотами, понижениями и тому подобным.
Далее захотели придать этой модели ещё и дина-
мику. То есть, появились картографические анимации.
Электронные технологии позволили это изображение
анимировать. Модель стала вращаться, её стало воз-
можно поворачивать, наплывы различные делать, уда-
ления, выделять какие–то части, освещать, затенять и
так далее.
Она стала ещё более наглядной. Такое фотоизобра-
жение – это та модель, которая сейчас на экране…
Александр Гордон. Это какой–то вулкан?
Александр Берлянт. Да, это гора где–то на севере, на границе ме-
жду США и Канадой, по–моему, расположена. Вот та-
кое изображение уже почти совсем реальное.
Кроме того, теперь делают виртуальные модели.
Мало того, что это трехмерка, мало того, что на неё
натянуто фотоизображение, но, кроме того, она ещё
может поворачиваться и вращаться, можно делать её
облёт. То есть, можно показать, вот так, как сейчас по-
казано на экране, как во времени меняется изображе-
ние. Как будто бы человек совершает облёт этой мест-
ности.
И кстати, это очень легко вошло в жизнь и стало всем
понятно, потому что телевидение показывает, скажем,
сводку погоды на фоне как раз облёта поверхности на-
шей страны. Причём, появляются две анимации. На
одной – программа показывает, что территория России
вращается перед зрителем, а на другой картине зри-
тель как бы пролетает над этой местностью. Эта та
самая виртуальная анимация и все её воспринимают
очень легко и просто. Это уже виртуальная модель.
Кроме того, технологии позволяют ещё выбирать
маршрут. Можно выбрать маршрут и сказать, что «я хо-
чу пролететь вокруг этой горы вот по такому маршру-
ту». Более того, я хочу снизиться на этой горе и опу-
ститься вот на это место, провести там какие–то изме-
рения. Более того, можно с помощью этих виртуаль-
ных технологий покрыть землю, скажем, зелёным по-
кровом, как летом, или покрыть снегом, как будто это
зимний день. Можно добавить звук, если на модели
изображено какое–то озеро, а если морской залив, то
можно ещё добавить шум прибоя. И тогда уже будет
полное впечатление, что ты находишься в реальной
местности, можешь опуститься, можешь облететь её.
Если это виртуальный город, то можно попутеше-
ствовать по улицам, между ресторанами, банками, жи-
лыми домами и тому подобное. Можно осветить её по–
разному. Можно придать этой модели вечернее осве-
щение или, скажем, дневное освещение. Или поме-
стить облачность, которая будет частично закрывать
город.
В общем, всё можно моделировать. То есть, кар-
тография дошла до такого момента, что можно упра-
влять этой моделью в компьютерной среде – мы полу-
чаем почти реальную модель.
Вообще, слово «виртуальное» у нас теперь исполь-
зуется в самых разных смыслах. Говорят, «он вирту-
ально здесь присутствует», то есть «как бы присут-
ствует». На самом деле «виртуальное», строго гово-
ря, должно пониматься как «почти реальное». Вот та-
кие «почти реальные» модели картография теперь из-
готовляет, эти технологии есть и довольно, надо ска-
зать, доступные. И тут оказывается, что кроме этой
абсолютно реальной модели человеку всё-таки нужна
условная карта.
Потому что он оказывается как бы на реальной мест-
ности, в совершенно реальной местности с реальным
почвенным или растительным покровом, но только –
без карты.
Он не знает, где он, какая здесь высота, как назы-
вается эта почва, какого возраста здесь геологическая
порода. То есть оказывается, что на эту виртуальную
модель нужно (рядом с ней или прямо на ней) поме-
стить ещё обычное условное картографическое изо-
бражение, без которого тоже нельзя обойтись.
Вот такова эволюция картографических способов
изображения, шедшая от простого к сложному, а те-
перь пытающаяся опять вернуться к самому простому.
Если же говорить о самых новых вещах в картогра-
фии, то это её соединение с Интернетом, с глобальны-
ми сетями, где в настоящее время обращается огром-
ное количество карт.
Все знают, наверное, карты погоды, которые можно
получить в любой момент. Очень широко известны раз-
ные туристские карты – турист, отправляясь в любое
место, может найти это место, вызывать эту карту, по-
смотреть эти маршруты. В некоторых случаях турист-
ские карты специально размещаются с целью привле-
чения туристов.
Иногда можно найти топографическую карту даже
на наших российских сайтах, причём масштабов, кото-
рые не очень, так сказать, открыты в настоящее время
в продаже. Но разные умельцы помещают в Сети эти
карты. И такое огромное количество этих карт в Интер-
нете, что один европейский картограф сказал, что по-
лучить необходимую картографическую информацию
из Интернета, это всё равно, что напиться из шланга.
То есть, идёт такое обильное поступление этой карто-
графической информации, что надо думать о том, как
её отобрать и получить именно то, что ты хочешь.
Тем не менее, благодаря возможностям Интернета
появилась возможность вводить туда картографиче-
ские произведения и оперативно их обновлять.
Создание государственных карт, а тем более, госу-
дарственных атласов, национальных атласов, то есть,
атласа страны – государственная задача. Каждая стра-
на имеет свой национальный атлас так, как каждая
страна имеет свой герб, свой гимн, свою энциклопед-
ию – также она имеет национальный атлас.
Все страны имеют национальный атлас, за исклю-
чением России, которая в этой работе была одной из
первых. У нас было много методик разработано, мно-
го научных положений выдвинуто в этой области и со-
здано много атласов. Но национального атласа Россия
не имеет, потому что национальный атлас страны дол-
жен охватывать и природу страны, и экономику стра-
ны, и население. А теперь ещё – и экологию, и исто-
рию. Там должны быть представлены карты, которые
характеризуют страну в целом.
Так вот у нас всегда были проблемы с информаци-
ей, которая касалась хозяйства. И до сих пор, к сожа-
лению, Россия, как это ни стыдно, ни позорно, до сих
пор не имеет национального атласа, хотя существую-
щая Федеральная служба геодезии и картографии уже
приступила к изданию этого атласа. Четырехтомный он
будет – уж делать, так делать. И первый том этого На-
ционального атласа будет издан, очевидно, в этом го-
ду…
Александр Гордон. Это будет географический атлас?
Александр Берлянт. Он будет общегеографическим. То есть, это бу-
дут карты типа общегеографических, физических, то-
пографических. С большим количеством космических
снимков, с подробными картами городов. Всё это там
будет. Но карты природы и карты экономики – это сле-
дующие тома. И когда они будут сделаны… Я не ду-
маю, что увижу это издание целиком ещё при жизни.
Ведь это очень долгое дело. А Интернет позволя-
ет иметь такой атлас в Сети и обновлять его по ме-
ре выхода каждой карты. Не ждать, когда будет со-
бран огромный том, фолиант большущий, занимаю-
щий пол–письменного стола, а прямо посылать эти
карты в Интернет.
Причём, если есть новые данные, скажем, прошла
новая перепись населения, значит, по новой перепи-
си населения будет составляться новая карта. Её бы-
стренько посылают в сеть, и человек может ею поль-
зоваться.
Во многих странах созданы такие информационные
атласные системы, целые институты, которые являют-
ся информационной системой в государстве, на этом
уровне работают. И некоторые карты там находятся по-
стоянно. Ну, скажем, геологическая карта долго не из-
менится, и карта, скажем, лесов, дорог, они не так бы-
стро меняются, как карты социально–экономической
тематики, и поэтому их можно обновлять. Это очень
удобно.
Есть Интернет–атласы, многие страны создают их
на основе старых бумажных атласов. Например, такая
страна как Швеция издаёт национальный атлас в сем-
надцати или двадцати выпусках, то есть томах. Ска-
жем, один том целиком посвящён лесам. Другой – це-
ликом посвящён биологии. Третий – целиком посвящён
населению – и так далее. Они имеют возможности бы-
стро обновлять эту информацию.
Александр Гордон. У меня вопрос к вам, если позволите: а с чем
связан тот факт, что до сих пор крупномасштабные кар-
ты у нас не разрешены к продаже?
Александр Берлянт. Ну, вы понимаете, что есть закрытые объек-
ты, секретные объекты, которые, собственно говоря,
ни одна страна показывать не хочет. И в этом смысле,
очевидно, какие–то масштабы действительно должны
быть закрыты. Во всяком случае, та информация, ко-
торая на этих масштабах содержится, должна быть за-
крыта…
Александр Гордон. Ну, можно написать, как прежде писали – «пио-
нерский лагерь».
Александр Берлянт. Можно вообще не показывать эти объекты. Ну,
скажем, стоит там какой–то радар – можно нанести
местность без этого радара. Для автомобилистов важ-
ны дороги, и им нужно знать – где дороги, а дачникам –
где стоит их дача, где находится лес. В принципе, этот
вопрос можно решить. Космические снимки, о которых
вы начали говорить, показывают местность с такой по-
дробностью, что там уже десятки метров видны.
Поэтому, когда эти карты закрыты, это создаёт боль-
ше всего неудобств для нас самих. И по этому поводу
идут сейчас жёсткие дискуссии между нашей Государ-
ственной картографической службой и общественны-
ми организациями, которые заинтересованы в получе-
нии этих карт, дискуссии – до каких пределов нужно за-
крывать эту информацию?
Александр Гордон. И сейчас где установлен предел?
Александр Берлянт. Сейчас 100–тысячные карты, то есть, в одном
сантиметре один километр, продаются в виде атласов
и в виде карт. Это открытая вещь. Более крупный мас-
штаб, скажем, в одном сантиметре 500 метров, счи-
тается закрытым до сих пор. Ну, наверное, в этом ка-
кой–то смысл есть. А может быть, и нет. Тут трудно
сказать. Более того, тут много сложностей, потому что
космические снимки крупного масштаба, которые вы
можете купить за рубежом за приличные деньги, дают
местность в более крупных масштабах.
Ну и считаются закрытыми данные о координатах
пунктов. Но большинству населения точные координа-
ты пунктов не так необходимы.
Александр Гордон. А потом, какая сейчас проблема с координата-
ми, если можно купить за 100 долларов GPS–приём-
ник и определить, где ты находишься.
Александр Берлянт. Да, совершенно верно. Более того, американ-
цы, по–моему, в прошлом году открыли эти данные по
координатам своих спутниковых систем. И теперь ка-
ждый может знать и пересчитать эти вещи. И вот мы в
настоящее время покупаем большое количество этих
спутниковых систем, это такой маленький телефончик.
Ты держишь его в руке, он тебе показывает координа-
ты. Чем ты дольше стоишь на точке, тем точнее и точ-
нее он показывает эти координаты.
Так мы должны получить специальное лицензион-
ное разрешение на возможность использования этого
спутникового приёмника. То есть, это не вполне откры-
тая вещь, особенно, если этот приёмник работает с вы-
сокой точностью.
Александр Гордон. То есть, это зависит от точности работы приём-
ника?
Александр Берлянт. Да, от точности.
Александр Гордон. Потому что они же есть в продаже.
Александр Берлянт. Да, они есть в продаже и продаются без лицен-
зий. Но когда ты будешь вести съёмку, у тебя могут
спросить разрешение на эту съёмку. Вы помните, были
и конфликты с туристами, которых принимали за шпи-
онов, или с реальными шпионами, уж не знаю как там.
Во всяком случае, их заставали за тем, что они, стоя
возле какого–то объекта, отмечали по этому приёмни-
ку его координаты. Такие случаи были.
Так что путь картографии сейчас лежит в тесном
соединении с информационными технологиями, с ди-
станционным зондированием, с аэрокосмическими ме-
тодами и с Интернет–технологиями. И если говорить
о дальнейших перспективах, то многие учёные – и за-
падные, и наши – сходятся в мысли о том, что карты бу-
дущего будут разумными изображениями, которые бу-
дут иметь и третье измерение и будут показывать вре-
менное измерение. Ведь карты можно делать ещё и во
временном масштабе. То есть, пускать их быстро или
медленно. В зависимости от этого мы увидим разные
вещи на этих картах.
И, кроме того, они ещё будут иметь разную генера-
лизацию. То есть, при удалении будет видно одно, при
приближении – будем видеть местность более подроб-
но, и это будет не просто увеличение картинки, а по-
каз другой, более подробной картинки. Многие счита-
ют, что если мы сделаем карту и потом к ней силь-
но приблизимся, то что–то там новое увидим. Нужна
специальная технология, чтобы положить сперва кар-
ту обзорного масштаба, потом карту более крупного
масштаба и увидеть именно её. Вот такие будут как
бы разумные изображения. Но предугадать это очень
трудно, как поэт сказал – «нам не дано предугадать».
Здесь прогнозы – вещь очень условная. Я вспо-
минаю вычитанное мною в одной книжке интересное
свидетельство о прогнозистах. Одного специалиста по
транспорту в начале 19–го века в Лондоне спросили:
«Как будет развиваться транспорт в Лондоне в даль-
нейшем?» Вы знаете эту историю?
Александр Гордон. Да, да, да.
Александр Берлянт. И он сказал, что транспорт будет развиваться
очень бурно. Будет огромное количество конок, и, ста-
ло быть, все улицы Лондона на метр покроются наво-
зом. Вот так он себе представлял развитие транспор-
та. Так ещё 100, 200 лет назад картограф не мог себе
представить, что карты будут рисовать «мышкой». Так
и мы не знаем, что преподнесёт прогресс. Это могут
быть самые неожиданные вещи.
Александр Гордон. Ну, я думаю, что в ближайшем времени, учиты-
вая развитие GPS–технологий, можно будет рассчиты-
вать на мобильную карту у себя в кармане, которая об-
новляется в режиме реального времени и показывает
тебе, где ты на планете находишься.
Александр Берлянт. Совершенно верно. И показывает ещё множе-
ство параметров, которые к этой точке относятся…

Материалы к программе


Из энциклопедического словаря.
Картография, учение о способах изображения земли, отдельных стран и местностей на плоскости. Для перенесения сферической поверхности земли на плоскость определенного размера необходимо принять во внимание систему проектирования шаровой поверхности на плоскость и степень уменьшения (мато погрешности, ошибки.
В конце концов, космические снимки позволили пой-
ти совершенно другим путём. Потому что большой
охват пространства, который космические снимки да-
ют, позволяет сперва получить мелкомасштабную кар-
ту на всю страну, а потом уже детализировать её на от-
дельных участках, где нужно. То есть, принципиально
другой подход.
Я уже говорил, что снимки получаются детальные
и очень, очень подробные. А карта пропущена через
голову и несколько абстрактна, несколько условна. И
в настоящее время сделаны уже попытки (эти карты
существуют) совместить изображение. Фотоизображе-
ние накладывается на картографическое изображе-
ние. То есть, в карту впечатывается фотографическое
изображение, называется это сштаб) против действительных очертаний земли. Предложен и разработан ряд картографических проекций; наиболее употребительны: простая коническая проекция, ортографическая, прямоугольная проекция Меркатора, стереографическая проекция Арроусмита, Гаусса, поликоническая и др. Изображения всей поверхности земли называются полушариями или ландкартами, отдельных стран — географическими картами, небольших участков — планами. Подробные карты в крупном масштабе называются топографическими картами. Карты с изображением преимущественно естественных элементов земной поверхности, например, гор, низменностей, рек, озер и т. п. , называемых физическими; карты с обозначением границ государств, областей, железных дорог, городов и др. элементов человеческой культуры — политическими. Карты иногда предназначаются специальному изображению одного из физико-политических элементов, например, гор (орографическая карта), рельефа и высот (гипсометрическая карта), горизонтальному распространению горных пород, систем, ярусов (геологическая карта) вод (гидрографическая карта), железных дорог (железнодорожная карта), расположения крепостей и войсковых частей (военная карта) и мн. др. Под картографией разумеют также способы воспроизведения рукописной карты во многих оттисках. В старину наиболее распространено было гравирование карт на медных досках и печатание с них. С изобретением литографии печатание карт с камней в несколько красок вошло в общее употребление.
Современный взгляд на географические карты как наглядные образно-знаковые модели пространства приводит к более строгому определению предмета и метода картографии. Картография — наука об отображении и исследовании пространственного размещения, сочетаний и взаимосвязей явлений природы и общества (и их изменений во времени) посредством картографических изображений, воспроизводящих те или иные стороны действительности. Это определение включает в круг интересов картографии карты небесных тел и звёздного неба, а также глобусы, рельефные карты и другие пространственные модели в картографических знаках. Предмет картографии (пространственное размещение, сочетания и взаимосвязи явлений) и развитие тематических карт всё более причленяют её к естественным наукам.
В состав современного картографирования включают: 1) Теоретические основы науки, в том числе учение о предмете и методе картографирования и учение о карте (или, полнее, о картографическом отображении действительности); последнему принадлежат теория картографических проекций, теории генерализации и способов изображения (знаковой системы); в нём рассматриваются виды, типы и классификация карт, а также их анализ. 2) Историю картографической науки и производства. 3) Картографическое источниковедение (систематический обзор и анализ картографических источников и относящиеся сюда вопросы теории научной информации). 4) Теорию и технологию проектирования и изготовления карт. 5) Теорию и методы использования карт.
Эти проблемы картографирования исторически возникали разновременно и находятся в своей разработке на разных стадиях зрелости, что отразилось в подразделении картографирования на отдельные дисциплины: картоведение, математическую картографию, составление и редактирование (или проектирование) карт и оформление карт; иногда в качестве особой дисциплины фигурирует картометрия. Картоведение в его современном состоянии объединяет теоретические основы науки, её историю, источниковедение, а также методы использования карт. Ранее всего закрепилась как особая дисциплина математической карты, или теория картографических проекций. Длительную историю имеет картометрия — учение об измерении и исчислении по картам координат, расстояний, длин, высот, площадей и т.п.; очевидно, она составляет лишь один из методов использования карт, но часто пользуется самостоятельностью благодаря практическому значению, давности и обилию исследований. Под названием «составление и редактирование карт» получила в СССР энергичное развитие теория и технология проектирования и изготовления оригиналов карт. В задачу оформления карт входит исследование и разработка изобразительных средств картографирования; при этом используются данные семиотики, цветоведения, инженерной психологии, а также привлекаются средства графического искусства и учитываются требования полиграфии.
Своеобразие отдельных видов карт, например геологических, почвенных, экономических и др., основанных на материалах соответствующих наук (геологии, почвоведения, экономической географии и т.д.), а также особенности создания подобных карт, повлекли разработку и выделение тематических разделов карт — геологической, почвенной, экономической и т.д. Эти пограничные дисциплины принадлежат картографированию по методу и другим наукам — по содержанию карт.
В специальную подготовку картографов входят также дисциплины: издание карт (занимается разработкой методов воспроизведения и размножения карт) и экономика и организация картографического производства. Но первая из них, базирующаяся в основном на физико-химических и технических науках, принадлежит к полиграфии, а вторая относится к отраслевым экономикам.
Наиболее древние из уцелевших картографических изображений созданы в Вавилонии и Египте в 3–1-м тыс. до н. э. Свои первые научные основания К. получила в Древней Греции, где были созданы географические карты, учитывавшие шарообразность Земли. Знаменитое «Руководство по географии Клавдия Птолемея (2 в.) было по существу руководством к составлению географических карт. Оно включало карту мира и 16 карт крупных подразделений Земли. Развитие торговли, мореплавания и колонизации в эпоху Возрождения и Великих географических открытий (15 и 16 вв.) вызвало огромный спрос на географических карты, в частности мировые, что потребовало разработки новых картографических проекций и повлекло за собой общее совершенствование картографирования. Своего наивысшего развития средневековая карта достигла в трудах Г. Меркатора, из которых особенно известен атлас 1595. В России становление научной карты относится к 18 в. и связано главным образом с деятельностью Географического департамента АН, в котором был подготовлен и издан в 1745 первый полный «Атлас Российской». В 19 в. интересы военного дела вызвали надобность в подробных топографических картах местности. В этот период картографирование считали либо отделом геодезии, либо ограничивали её научные интересы картографическими проекциями и отчасти способами измерения по картам, т. е. конкретными и относительно узкими математическими проблемами. Между тем дифференциация наук и потребности практики во 2-й половины 19 в. обусловили разработку большого числа разнообразных тематических карт — геологических, климатических, почвенных, экономических и др.; чисто геометрическая трактовка карты того времени препятствовала её развитию. Новые взгляды на картографирование установились ранее всего в СССР, где плановое хозяйство нуждалось в разностороннем картографировании страны: уже в 30-х гг. под картографированием стали понимать науку о методах и процессах составления и воспроизведения карт, что было прогрессивным явлением по сравнению с прежним представлением о карте. Однако в тени ещё оставались изучение существа карт и разработка методов их использования.
Карта тесно связана с геодезическими и географическими науками. Геодезия доставляет ей точные данные о форме и размерах Земли, а топография и аэрофототопография — первичные картографические источники — крупномасштабные топографические карты, которые образуют исходную основу всех географических карт. Географические науки вооружают картографа знаниями, необходимыми для обоснованного выбора количественных и качественных характеристик картографируемых явлений и для их правильного отображения с учётом региональных особенностей. В свою очередь география (как и другие науки) получает в картах эффективное средство для исследования пространственного размещения, сочетаний и взаимосвязей любых природных и социальных явлений.
Практическое значение картографирования определяется ценностью и незаменимостью географических карт как наглядных и точных пространственных моделей, широко используемых в народнохозяйственных, культурно-образовательных и оборонных целях.
В картографическом производстве карты получают либо в результате полевых съёмок и обработки их материалов, либо в камеральных, т. е. в кабинетных или лабораторных, условиях путём использования и переработки разнообразных источников — картографических, географических, экономико-статистических и др.
Методы полевых съёмок и их обработки для создания топографических карт рассматриваются топографией и аэрофототопографией. Тематические съёмки — геологические, почвенные и др. — входят в задачи картографирования геологического, почвенного и т.д. Методы проектирования и камерального изготовления карт разрабатываются собственно картографированием. При камеральной работе, исходя из назначения проектируемой карты, намечают её предварительную программу: масштаб, картографическую проекцию, содержание карты (перечень элементов содержания, их классификации, полноту и подробность передачи каждого элемента и т.д.) и способы изображения. Далее подбирают необходимые источники и изучают по ним картографируемые явления, чтобы установить их типические черты и характерные особенности, которые следует отобразить на карте. С учётом результатов этой работы готовят окончательную программу карты.
Далее следуют работы по графическому изготовлению оригинала карты, включающие построение картографической сетки, перенос на неё содержания источников (полностью или выборочно), генерализацию и вычерчивание оригинала в установленных программой картографических знаках. При составлении тематических карт содержание источников переносится на заранее подготовленную (или выбранную) географическую основу.
В процессе подготовки карты к изданию нередко готовят по первичному оригиналу карты (черчением или гравированием на пластике) вторичные издательские оригиналы как чистовые копии, обеспечивающие получение печатных форм высокого качества. Изготовление карты завершается картоиздательскими процессами, в результате которых карта печатается в необходимом количестве экземпляров.
В современном картографическом производстве в создании карты обычно участвует коллектив специалистов разной квалификации. Поэтому появляется надобность в едином научно-техническом руководстве на всех этапах изготовления карты (включая издание). Это руководство принято называть редактированием карты.
Из книги А. М. Берлянта «Виртуальные геоизображения»:
Что есть карта? В 1996 году в известном международном картографическом журнале «Cartographicа» было опубликовано любопытное исследование Дж. Эндрюса, рассмотревшего с лексикографических позиций понятие и определение «карта». Пользуясь словарями, энциклопедиями, глоссариями, учебниками, монографиями и статьями, помещенными в географических и картографических периодических изданиях, он собрал и проанализировал 321 определение карты. Временной охват составил почти два с половиной столетия — с 1649 по 1996 годы. Оказалось, что чаще всего ключевыми словами в этих определениях были:
• карта — это изображение (205 определений)
• карта-это чертеж или план — (150)
• карта — это изображение части или всей земной поверхности — (144)
Проявились разные трактовки: научная, популярная, картографическая и философская. Естественно, что наиболее употребительными оказались определения карты, предложенные в XX веке, и в особенности то из них, которое было принято и закреплено Международной картографической ассоциацией (МКА).
В Многоязычном словаре технических терминов картографии, изданном в 1973 году Комиссией МКА, по определению, классификации и стандартизации картографической терминологии зафиксирована такая дефиниция: карта — уменьшенное, обобщенное изображение поверхности Земли, других небесных тел или небесной сферы, построенное по математическому закону на плоскости и показывающее посредством условных знаков размещение и свойства объектов, связанных с этими поверхностями. Это определение близко к тому, которое долгое время использовалось в отечественных университетских учебниках по картографии, и это не удивительно, поскольку в те годы Президентом МКА был советский картограф К. А. Салищев, который редактировал русские толкования терминов и написал предисловие к многоязычному словарю. Отметим, что немецкое, английское, испанское и французское определения имеют иные редакции.
Через двадцать с лишним лет 10-я Генеральная ассамблея МКА приняла несколько иное, как тогда подчеркивалось, рабочее определение: карта — знаковое изображение географической реальности, отображающее отдельные ее особенности или характеристики как результат творческого авторского отбора и предназначенное для использования в тех случаях, когда пространственные отношения имеют первостепенное значение.
Это определение — результат многолетних усилий Комиссии МКА, дискуссий в печати и на международных форумах. Это итог обобщения разных мнений и многих концептуальных и лексических компромиссов. В таких случаях результат не всегда бывает оптимален: компромиссы противопоказаны научным дефинициям. Но зато в приведенном определении отражен типичный, обобщенный, если можно так сказать, «усредненный» взгляд на карту.
Обратим внимание на некоторые особенности этого взгляда. Они будут полезны в дальнейших рассуждениях о виртуальном картографировании. В определении зафиксированы следующие важные моменты:
• знаковость (символьность) картографического изображения
• отображение географической реальности
• субъективный творческий характер этого отображения
• приоритет пространственных отношений
В то же время, в определении отсутствуют упоминания о том, что карта:
• построена по особому математическому закону
• может отображать не только географическую реальность, но и географические абстракции, мысленные и даже фиктивные объекты
• способна представлять не только пространственные, но и динамические ситуации, их изменения во времени
• может содержать снимковое (фотографическое) изображение или его элементы.
Ясно, что определение МКА зафиксировало устоявшийся традиционный взгляд на карту, характерный для докомпьютерного этапа развития картографии в середине прошлого столетия. В этом есть определенный резон: мол, техника и технология меняются, а сущность карты остается неизменной. Поэтому оправдано поставить вопрос о том, изменила ли компьютеризация картографическое изображение, а если изменила, то в чем и насколько существенно?
Попробуем в самом общем виде обозначить этапы компьютеризации картографии, учитывая, что всякая периодизация условна, а кроме того, в разных странах процессы внедрения компьютерных технологий шли асинхронно и неравномерно.
1-й этап — упростить и ускорить. Интенсивное внедрение автоматизации в картографию, как и во все другие отрасли науки и техники, отвечало стремлению облегчить трудоемкие работы, в данном случае — картосоставление. На первых порах речь шла об автоматическом построении картографических сеток, географических основ, значков, об интерполяции изолиний, составлении простых картограмм и картодиаграмм. Негласным девизом первого этапа автоматизации в картографии было — упростить и ускорить передачу информации. Картографирование выполнялось по сравнительно несложным алгоритмам, с помощью автоматических графопостроителей и алфавитно-цифровых печатающих устройств (АЦПУ). По качеству карты заметно уступали традиционным.
2-й этап — имитировать традиционные карты. Вскоре на первый план вышло требование — изготовлять карты, не уступающие по качеству традиционным. Компьютеризация (этот термин занял место термина автоматизация) была нацелена на полную имитацию ручных процессов, а компьютерные карты и атласы стали подражать бумажным, ни в чем не уступая им.
3-й этап — интеграция опыта. На этапе геоинформационного картографирования стало очевидным, что прогресс не исчерпывается одной технологией. Необходимо максимально использовать достижения традиционного картосоставления, включая методы географической локализации, правила генерализации, приемы взаимного согласования информационных слоев — одним словом, весь опыт проектирования и составления карт, накопленный вековым развитием картографии. Парадокс состоит в том, что быстрый прогресс технологий и кажущаяся их доступность без основательной опоры на содержательные географо-картографические представления не улучшает, а даже ухудшает дело. Порой кажется, что карты создают некие акселераты, вооруженные мощными техническими средствами, но не обладающие развитым интеллектом и необходимым знаниями.
4-й этап — сделать лучше. Внедрение специализированных геоинформационных технологий, электронного цветоделения и электронных издательских систем в составление, подготовку к изданию и издание карт обеспечили заметное усовершенствование процессов их изготовления. В сочетании с опытом традиционной картографии это позволило изготавливать произведения более высокого качества. Они стали точнее в геометрическом отношении, более разнообразны по цветовому, штриховому, полутоновому оформлению, по яркому дизайну.
5-й этап — сделать по-другому. Одновременно с усвоением традиционного опыта геоинформационное картографирование постепенно вышло на новый уровень. Сегодня картографы-геоинформатики все чаще задумываются о создании произведений, отличающихся от традиционных карт и атласов. В самом деле, должна ли электронная карта подражать бумажной? Следует ли копировать традиционные средства изображения? Должна ли карта всегда оставаться плоской? Должна ли она воспроизводить лишь статичные временные срезы?
Все это риторические вопросы. Известно, что трехмерное цифровое моделирование позволяет строить объемные изображения, а анимации придают картам так необходимый им динамический аспект. Но есть вопросы, ответы на которые не столь очевидны. Должен ли читатель всегда быть над картой, видеть ее сверху, как план, или есть смысл находиться на карте, рассматривая местность в перспективе и в пределах кругозора? Насколько оправдан полный или частичный отказ от символьного изображения и переход к изображению портретному, фотографическому, то есть к фотокарте? И наконец — можно ли показывать на карте местность, игнорируя состояние окружающей среды, например, время года, солнечное освещение, погодные условия?
И здесь приходится возвратиться к вопросу, с которого были начаты эти рассуждения — «что есть карта?». Можно ли считать картой трехмерное, движущееся и портретно схожее с местностью изображение? Шотландский картограф Д. Форрест предпринял по этому поводу специальное тестирование, в котором опирался на исследование Дж. Эндрюса. Испытуемым — студентам-географам — было предъявлено 26 слайдов, включавших карты, планы, перспективные снимки, фотокарты, космические снимки, диаграммы, блок-диаграммы и панорамы. Разглядывая каждое изображение не более 5 секунд, испытуемые должны были ответить на вопрос, какие из этих изображений являются картами, а какие — нет.
Оказалось, что большинство участников эксперимента совсем не ожидали увидеть на картах фотоизображение, они не сочли картами снимки и даже ортофотокарты с нанесенными на них горизонталями. Кроме того, многие испытуемые не признали картами трехмерные изображения, а также рукописные карты. Но зато все участники эксперимента единодушно назвали картами традиционные физические карты из атласов и планы городов. Важнейшим «картографическим» признаком для них оказались условные знаки и надписи. По мнению автора исследования, у
большинства читателей традиционный взгляд на карту явно преобладает над научным.

Библиография


Асланикашвили А. Ф. Метакартография: Основные проблемы. Тбилиси, 1974
Берлянт А. М. Образ пространства: карта и информация. М., 1986
Берлянт А. М. Картографический метод исследования. 2-е изд. М., 1988
Берлянт А. М. Геоиконика. М., 1996
Берлянт А. М. Виртуальные геоизображения. М., 2001
Берлянт А. М. Картография: Учебник для вузов. М., 2001
Востокова А. В. Оформление карт: Компьютерный дизайн. М., 2002
Книжников Ю. Ф. Аэрокосмическое зондирование. Методология, принципы, проблемы. М., 1997 Лютый А. А. Язык карты: сущность, система, функции. М., 1988
Салищев К. А. Картоведение. 3-е изд. М., 1990
Смирнов Л. Е. Трехмерное картографирование. Л., 1982 Тема № 258(34)
Рекомендуем Для некоторых пользователей в Одноклассниках регистрация представляет сложность.

  • ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РАЗДЕЛА:
  • РЕДАКЦИЯ РЕКОМЕНДУЕТ:
  • ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ:
    Имя
    Сообщение
    Введите текст с картинки:

  • Тарас Атавин 2012-04-27 10:28:55

    Картография есть наука о графическом языке передачи информации о том, что где находится на планете. На какой именно из планет - это уже мелочи, можно и Марс картировать, а можно Землю.

  • Тарас Атавин 2012-04-27 10:27:06

    Всякая передача информации происходит на языке, а сама информация - это всегда модель. И всякая пространственная информация в компе о планете, кроме снимка - это карта. Даже информация о рельефе в гуглозмеле - карта. И не имеет значения, предназначена ли конкретная информация для визуализации, то есть вывода на экран, и возможна ли вообще визщуализация. Даже если по ней комп самостоятельно решает комивояжёра, или реально ведёт некий транспорт по маршруту, сам этот файл - всё равно карта. Пусть цифровая, но карта. По сырому же снимку ни комп не способен решить ни одну задачу, кроме задачи генерации карты. И ни кто не выбирает комп по экрану, комп экрана может вообще не иметь, но быть лучшим. И даже дисплей, то есть устройство, созданное ради экрана, в первую очередь характеризуется не размером экрана, а разрешением. На втором месте глубина цвета. А размер на последнем. Выбирают же дисплеи по нему только лишь из-за того, что разрешение сейчас пропорционально размеру экрана. Но если сделать дисплей во всю стену с разрешением 320x240, то он будет худшим.

Интеллект-видео. 2010.
RSS
X